В размышлениях я шагала сквозь туманную пелену, которая то сгущалась до состояния овсяного киселя, то развеивалась до едва заметной дымки. И в этой дымке моему взору открывалась унылая каменистая равнина с кочками чахлой травы, перемежающейся с примятым сухостоем и утоптанной до каменного состояния землей. В такие моменты я старательно осматривалась вокруг, опасаясь угодить в мертвый мир. Но, похоже, на сей раз я выбрала правильное направление.
Вновь началась полоса густого тумана. Я не сразу увидела возникшую рядом со мной фигуру. А когда заметила, отпрянула в сторону и замерла.
– Куда идем мы с Пятачком, большой, большой секрет, – гаденько пропела она. Я узнала в фигуре Арагорна, а он уже совершенно нормальным голосом добавил: – Не стой, пойдем дальше.
Некоторое время мы шли молча, и я уже хотела спросить, не собирается ли он возвращать меня домой, как бог хмуро отрезал:
– Некогда мне сейчас. Не одна такая. Все хотят. – И, вздохнув, добавил: – Вот держи, забыла. – Вынув из ниоткуда злополучный шлем, он всучил его мне.
– Зачем мне он? – осторожно поинтересовалась я.
– Пригодится, – односложно ответил бог и хитро взглянул на меня: – Помнишь слова Лемираен?
– Какие? – Я «включила дурочку». – Она много чего наговорила. Уточни.
– Помни! «Желание Игрока – мое желание!»
Я вздрогнула и отшатнулась. Он произнес последнюю фразу голосом Лемираен, даже давящая мощь, что была тогда в ее словах, на мгновение обрушилась на меня.
– С-с-скотина… – прошипела задавленно.
– Что? Что ты сказала? Прости, не расслышал? – дурачась, фыркнул Арагорн. – Здесь туман, влага в уши попала. Ты сказала – «два желания»?
Я угрюмо молчала.
– Алена! – меж тем продолжал он. – Ты такая щедрая! Сразу два желания! Это так мило с твоей стороны!..
– Хорошо, – выдохнула я обреченно. – Сделаю.
– Вот и умница, – тут же похвалил меня бог и остановился. – Для вас это гораздо важнее, чем для меня. Без этого нельзя завершить то, ради чего вас перекинули с Земли в иные миры. Говорят: «Нет тела – нет дела». Правда, для вас актуальней – нет дела, тогда и тела в нужном месте не будет…
– При чем тут тела?! – перебила я, не понимая, о чем идет речь. – И?..
– Да не попадете вы туда иным способом, понимаешь?! – рявкнул Арагорн, не выдержав. – И никто не сможет протащить! А если все же извернется и протащит, то в виде хладных трупиков!..
– Что надо-то?! Таскаешь туда-сюда, как слепого кутенка, все за меня решаешь, распоряжаешься, как хочешь…
– В общем, так, – богу надоело препираться. – Лемираен сказала, а ты быстро взялась и сделала! Я понятно выразился?! Или в твоей пустой женской голове и это удержаться не может?!
Назревал скандал. Только я в очередной раз набрала в грудь воздуха, чтобы разразиться гневной отповедью и наконец-то высказать нахалу все, что думаю, как он схватил меня за плечи и так встряхнул, что зубы клацнули.
– Ты пойдешь вон туда! Туда! – ткнул он куда-то в сторону. – Там костер!
Но туман был настолько плотный, что понять, куда указывал Арагорн, я не могла, четко видела лишь его недовольное выражение лица. Прочее скрывала белесая пелена. Тогда бог с еще более недовольным видом развернул меня в нужную сторону.
– Иди прямо, никуда не сворачивай, и будет тебе счастье! А мне действительно некогда, еще народ подтянуть надо, – сказал и исчез.
– Зараза! – уже в голос выкрикнула я. – Тебе бы такое счастье, как Лемираен! Шантажист хренов! – Но осеклась. Материть бога даже в его отсутствие – это не то чтобы совсем дурдомом попахивает, это прежде всего опасно для жизни. А вдруг услышит?
– Мудреете на глазах, барышня! – раздалось откуда-то сверху.
Чертыхнувшись, прицепила к поясу шлем, потопала в указанную сторону. Туман становился все гуще, облепляя плотным кольцом, – казалось, старался обнять. С чего такая любовь?! От этих холодных и влажных прикосновений становилось неприятно. Не останавливаясь, плотнее укуталась в плащ, однако туман не оставлял в покое. Он мягко задевал полы плаща, гладил спину, так и норовил забраться под одежду. А потом начал играть плащом, стараясь, чтобы я запуталась в полах. Из-за чего я пару раз умудрилась споткнуться, а потом и вовсе потеряла равновесие.
– Да что ж за гадство такое! – ругнулась я, пытаясь удержаться на ногах.
Но тут меня толкнули, словно налетев с разгона, чья-то рука ухватила за грудь. Я среагировала мгновенно, нанеся удар в торс, точнее, в то место, где он, по-моему, должен был находиться. Смутно различимая в густой пелене фигура покачнулась и рухнула как подкошенная, и передо мной выросло что-то косматое. Я с удивлением смотрела в светящиеся глаза матерого серого волка.
Командный голос резанул:
– Стой!..
В это мгновение резкий порыв ветра разорвал туман, и я с удивлением увидела лежащего парня, одетого в знакомый плащ с перьями. Тем временем волк, словно сомневаясь в приказе, обернулся к хозяину и, чуть помедлив, удивительным образом втянулся в вытянутую в повелительном жесте левую руку.
Поверженным оказался Дмитрий, который попал в чужой мир в роли шамана. Парень воткнул посох в землю и с трудом поднялся.
