Открыв дверь, я оглядела помещение. Чего там только не было! Какие-то сваленные тюки с тряпками, какие-то одежды, оружие, части доспехов. Половина оказалась аккуратно разложена по полочкам, другая брошена горой на полу. Не раздумывая ни секунды, принялась подбирать себе новые вещи. Мои имели совсем уж непотребный вид.
За пару минут я стала обладательницей приличной дорожной куртки, пары штанов, нескольких рубах, плаща и даже сапог. А потом с удивлением обнаружила аляповатое платье, подходящее по размеру. Решила прихватить и его – мало ли, вдруг маскироваться придется, чтобы выбраться из города. В процессе обнаружила и свои сумки. Они оказались нетронутыми, даже скатка с оружием по-прежнему была пристегнута к боку. Все просто бросили в угол, а сверху закидали каким-то тряпьем. Я шустро переоделась, а потом, распихав все по своим баулам, поспешила обратно. На побег у меня оставалось минут двадцать.
Когда выскочила обратно во двор, народ уже начал подавать признаки жизни: дальние даже шевелились и стонали, более сильные пытались встать на четвереньки. Пока они окончательно не пришли в себя, я метнулась к воротам. Возле них стражники уже осмысленно смотрели на меня.
– Ст… Стой, – сведенными судорогой губами прохрипел один из них и, когда я стала отпирать хитрый засов на калитке, даже попытался вытащить оружие.
Кое-как справившись с запором, я выскочила на улицу. В этот вечерний час она была полна народа. Одни спешили по своим делам, другие просто прогуливались, наслаждаясь долгожданной прохладой и любуясь видами города. Конечно, мой взъерошенный вид сразу же привлек внимание, но, едва я бросила через плечо: «Провожать не надо, и так опаздываю!», а потом спокойно закрыла калитку и зашагала по улице, интерес ко мне полностью пропал.
Однако прохлаждаться было некогда, ноги уже начинали подрагивать. Еще минут десять – и я упаду. Требовалось срочно найти убежище, чтобы можно было отлежаться там без сознания пару-тройку суток. На более легкий исход я не рассчитывала. Поэтому, повернув за угол, я поспешила прочь от развороченного монастыря.
Где прятаться – не представляла, но понимала: как только храмовые главнюки придут в себя, на поиски будет направлена уйма народу. Снимать комнату в гостинице нельзя – их прочешут первыми, потом возьмутся за сомнительные забегаловки и окраинные районы. Куда же деться?!
Ноги сами вынесли на площадь, где стояли огромные цветастые шатры. Везде реяли яркие флаги, а толпа, собравшись в круг, то восклицала от восторга, то вскрикивала от страха или трепета – бродячие артисты давали представление.
Я уже собиралась повернуть назад, когда первая волна отката накрыла меня. Перед глазами поплыло, в голове зазвенело. Нужно было срочно искать место, где можно приземлиться. С трудом удерживаясь на ногах, я обошла площадь, пока не оказалась возле телег. Одни из них были накрыты тентами, другие и вовсе походили на дома на колесах. Уже проваливаясь в забытье, я нащупала борт повозки, наполовину заваленной тюками, свернутыми как попало полотнищами, ящиками и прочей дребеденью. Сначала закинула туда свои сумки, потом перевалилась сама. Сознание меркло, но я из последних сил вместе с вещами закопалась поглубже в хлам, а потом накатило беспамятство.
…Удивления не было, когда я очутилась в молочной пелене. Меня, как всегда после перенапряжения, выкинуло в мир тумана. Раз перетрудилась, значит, добро пожаловать!
Первым делом я осмотрелась вокруг, потом оглядела себя. Мир тумана ничуть не изменился, здесь все, как прежде. Я тоже не изменилась: на мне, как всегда при переходе, надеты доспехи, на поясе закреплено оружие и серый плащик окутал плечи. Во избежание нападения туманных почитателей на меня, любимую, тут же нахлобучила капюшон на голову и запахнулась поплотнее, а то были уже прецеденты. И нащупав под плащом рукояти, стала проверять, осталась ли в оружии сила. Клевец оказался абсолютно пуст, что не удивительно, а вот из пернача можно было черпать. За те дни, что проторчала в доме у барона, я закачала его силой примерно на треть, и этого должно было хватить на пару-другую стычек. Проверила наличие кулона и облегченно выдохнула, когда, похлопав по бригантине рукой, ощутила его на груди.
Убедившись, что все мое при мне, решила прогуляться. Однако, памятуя, куда в прошлый раз завела меня беспечность, сначала вдохнула полной грудью. Разложением не пахло, только влажной землей, но это и для обычной туманной местности нормально.
Хотелось добраться до костра, – может, удастся встретить кого-то из земляков, местечко-то довольно популярное. Вот уж действительно земляков – все с Земли, и даже круче – все говорят на моем родном языке.
