— Вот, правда, ежели в Примитивы запишитесь, тогда можно… Портал я вам открою, да…
— Нам надо посоветоваться — решительно заявил Шурик. Эрдрум благожелательно кивнул, и его колпак, валявшийся на полу, сам собой подпрыгнул в воздух и плавно опустился на плешь хозяина.
Шурик повернулся к Машке и вполголоса спросил подругу:
— Ну, мать, че делать-то будем?
— По всему выходит — в примитивы эти самые записываться светит, — ответила Машка, испуганно округлив глаза.
— Ага, — хмыкнул Шурик, — ты — в бабу Ягу, а я — в Кощея Бессмертного.
— Сам ты Баба Яга, — обиделась Машка, — еще чего! Я только в феи согласна, или в принцессы…
— В феи не советую, — деловито подал голос старикашка Эрдрум, который, оказывается, нагло подслушивал молодых людей, засунув в ухо кончик своего колпака, — размером малы, понимашь, затопчут.
— А во что можно? — спросила Зверева, обернувшись к трону.
— Нуууу…. — сами выбирайте. Вон, видите змеек? — Эрдрум показал кривым пальцем на кошмарное сооружение в центре зала. Молодые люди оглянулись на свернувшихся тварей, и Шурик с сомнением в голосе подтвердил:
— Ну, видим.
— Вот и дерзайте, — Творец Примитивов откинулся на своем троне, и широко зевнул. — Уа-ха-ха… Один, значицца, залезат наверх, второй крутит змейку. И всех делов. Как закончите, разбудите, — и старикашка тотчас захрапел, растекшись на своем троне бесформенным комом, словно кусок теплого говна. На поверхности остался только его огромный рот, непрерывно издававший громовые звуки хр-р-р-р… хр-р-р-р… хр-р-р-р…
— Чур, я первая! — воскликнула Машка, и мигом взлетела на площадку. Там она, не мешкая, вступила в таинственный треугольник, его камни тотчас послушно засветились, а на стене опять вылупилось зеркало все с тем же зверовидным мужиком.
— Фу, урод! — Машка показала мужику язык. Тот не остался в долгу, и сделал неприличный жест локтем.
— Ой, — в который раз за сегодня взвизгнула Зверева, — Саша, крути скорее, убери этого! — потребовала она, топнув ножкой.
Шурик послушно подошел к первой змеюке, и, ухватившись за рог, осторожно потянул ужасную тварь. На треугольной голове рептилии изображение лохматой башки мужика сменилось отвратительной крысиной мордой.
— А что дальше? — недоуменно спросил дворник самого себя, но тут ответ пришел сам собой — зеркало напротив Машки полыхнуло, и снова успокоилось. Шурик глянул на отражение и содрогнулся — вместо мужика из зеркала на него злобно щерилась мерзопакостная крысиная морда.
— Это что, мне с таким фэйсом ходить придется? — протестующе воскликнула Маша, — убери щас же!
Шурик вполголоса выругался, и крутанул змеиную башку еще раз. Крысиную морду сменило клыкастое собачье рыло с рогами на голове.
— Не пойдет? — спросил он Машу, заранее зная ответ.
— Ты, Вепрев, меня реально достаешь, — кокетливо заявила подруга, — ну куда мне с такой рожей?
Шурик согласно кивнул, и снова налег на рычаг. Однако и следующий вариант — женщина средних лет с мерцающими неоном глазами — тоже был решительно отвергнут, и Вепреву пришлось долго, до седьмого пота, крутить змея. Одна за другой были забракованы девочка лет шести с незабудковыми глазками, длинноволосая кикимора с зеленым лицом, сисястая негритянка с полуметровой шеей и страусиным пером в носу, и множество прочих ликов мужчин и женщин всех мыслимых рас и возрастов.
Наконец, после часовых усилий, Машка, которая нетерпеливо покрикивала на несчастного Шурика, остановила свой выбор на прелестной женской головке с огромными ярко-зелеными глазами, пушистыми золотыми вьющимися волосами и нимбом над головой. На кривобоком теле мужика эта головка смотрелась донельзя комично, однако Шурика больше всего поразило не это, а то, что лицо носило несомненное сходство с Машкиной симпатичной мордашкой.
— Очень мило. Скромненько, но со вкусом, — одобрил выбор внезапно проснувшийся старикашка. Шурик глянул в его сторону и оторопел — из кома грязи, размазавшейся по трону, на него смотрел единственный глаз, вылупившейся из недр неаппетитной кучи. — Теперь крути вторую цыпочку, тулово выбери, — велел огромный рот, вслед за чем глаз насмешливо подмигнул экс-математику, и растворился в коме дерьма, а рот снова заливисто захрапел.
Вздохнув, Шурик вскарабкался на первую гадину, задрал голову, и обратился к Маше.
— Ну что, Маш, продолжим? — спросил он, надеясь на чудо.
— Есессно, продолжим, — безжалостно ответила подруга, — Ты што, Вепрев, хочешь, чтобы я в таком виде народу явилась?
Шурик еще раз вздохнул, и крутанул вторую змеиную башку. К головке прекрасной девы приросло тело мускулистого амбала с небрежно перекинутой через плечо шкурой льва.
— Фу, Шурик, какой ты гадкий! — Машка капризно топнула ножкой, от чего амбал с головой прекрасной юной девы тоже топнул ногой. — Убери немедленно! Хочу себе 90-60-90 и попу красивую…
— Ага, и ещё мужа богатого, чтоб за «Зенит» болел, — сквозь зубы процедил Шурик, однако безропотно налег на рукоятку.
