— Ах, я уже кошелка старая? — заорала женщина, и, сняв сандалий с ноги принялась что есть сил молотить по макушке супруга, приговаривая: — Вот тебе, вот тебе, вот тебе козлина безрогая!
Привыкший, видимо, к подобным сценам Папик попытался намотать волосы супруги на кулак и как следует поучить супругу по мордасам, но бывалая бабенка, мастерски увернувшись от рук старикашки, продолжала лупцевать сандалией его лысину.
Тем временем Вепрев вскочил на ноги и, морщась от боли в ушибленных ребрах, подбежал к обалдевшей Машке, схватил подругу за руку и повлек за собой.
— Туда! — крикнул Шурик, указывая в другой конец зала. — Авось там че есть! — на ходу предложил он, и Зверева послушно последовала за приятелем.
— И я с вами!! — заорал жывотновод Семенов, и, схватив со стола ополовиненную бутылку москвича и ведерную банку с закуской, из которой остались торчать вилки собутыльников, рванул за сладкой парочкой. Дамочка, до сих пор молча сидевшая возле мужичков, очумело вертя головой по сторонам, внезапно вскочила на ноги и устремилась за Семеновым с визгом:
— И меня возьмите!
— Стой, — заорали мужички, — хуже будет!
И вся компания галопом устремилась вслед за математиком к противоположному концу пещеры. Но там их ждало разочарование — перед ними была лишь сплошная монолитная стена черного гранита, пробиться через которую не было никакой возможности.
Тем временем Папик, завалив Богову Мать могучим апперкотом, торопливо засеменил в кучке людей, сбившихся у стены, подобрав свой балахон и нацелив на Машку огромное орудие безупречного зачатия. За ним, широко шагая, как сутенер по Невскому, следовал покатывающийся заливистым звонким хохотом Рогатый. Завершали шествие давешние полуголые мужички, стоявшие на подхвате у люка. Они омерзительно ухмылялись, предвкушая дальнейшее развлечение, а один из них держал наперевес свой сачок.
— Не робей голубица, он тебя культурно! — прорычал Рогатый, — останешься довольной, не впервой, ыыыыыгыгыгыгыгыгы….!
— Будем отбиваться! — решительно заявил Шурик, затем пошарил по карманам в поисках оружия и вытащил здоровенный Бусыгинский ключ. Размеры этого инструмента вполне позволяли использовать его как оружие.
— Пшли нахуй, пропадлины! — благим матом заорал математик, затем яростно размахнулся своим ключом и вдруг случайно чиркнул им по каменной стене. Ключ, как нож по маслу, легко прошелся по камню, оставив за собой бороздку, которая тут же начала с потрескиванием разъезжаться в стороны, превращаясь в узкий проход, вроде трещины, сквозь которую вполне смог бы протиснуться средних размеров человек.
Недолго думая, Вепрев схватил подругу за руку и сломя голову бросился в образовавшийся проход.
— Все за мной, живо! — крикнул он оторопевшему Семенову и пришедшей в себя бабенке. Разношерстная компания, не оглядываясь, бросилась в щель следом за экс-математиком. Вепрев бежал впереди всех и держал ключ прямо перед собой. От касания ключа, монолит волшебным образом расступался, продлевая расщелину все глубже и глубже. За Шуриком, держа его за руку, что есть мочи неслась Машка, звонко цокая каблучками о гранитный пол. Стараясь не споткнуться, позади нее вприпрыжку следовала бабенка, а замыкал колонну беглецов всклокоченный животновод Семенов, неся в руках трофеи со стола Папика. Едва он вбежал в щель, как она с мягким чпоком сомкнулась, отрезав озадаченных преследователей от беглецов.
Компания людей оказались запертой внутри гранитной капсулы. Стало темно и тихо. Только и слышно было сдавленное сопение молодых людей бегущих за спиной Шурика, который ключом прокладывал дорогу вперед. Бежать приходилось буквально на ощупь. Каждый раз, как Шурик ключом пронзал каменную преграду, за замыкающим колонну Семеновым стена тут же вновь смыкалась до первоначального состояния монолита. По ширине и высоте капсула в которой перемещались беглецы, была как раз размером с них.
Так они бежали минут десять, пока не начали задыхаться, ведь свежему воздуху просто неоткуда было взяться. Вепрев начал опасаться, что стена так и не кончится, но упрямо продолжал бежать вперед. Машка зажмурилась от страха и не отпускала руку Шурика, а жывотновод Семенов просто в открытую начал паниковать, отчего постоянно подвывал и запрыгивал на впереди бегущую бабенку, наступая ей на пятки.
Наконец, после очередного рассечения ключом каменной преграды, расселина внезапно вывела их в какой-то низкий и полутемный тоннель. Молодые люди выскочили из душной каменной капсулы и попадали на пол, тяжело дыша после пробежки в страшной духоте. Отдышавшись, все приняли сидячее положение и принялись оглядывать место, куда их занесло на этот раз. Как оказалось, они попали в низкий и узкий туннель, оба конца которого вели в непонятный мрак, слегка разгоняемый масляными светильниками, воткнутыми в расселины здесь и там.
— Где это мы? — прервала, наконец, молчание Машка.
— В каком-то тоннеле, надо полагать, — с сомнением в голосе ответил Шурик и неожиданно повернулся к многострадальному доценту Семенову. — Слышь ты, доцэнт, сгоняй-ка на разведку, узнай чо там и как.
