— В очереди на разделку стоял, наслушался, — пояснил жывотновод, — в общем, нарезался ты, допустим в дребадан, и замерз на улице, или в пьяной драке башку расхреначили, ну неважно, в общем-то, как ты отбыл в мир иной, главное, что по пьяной кукушке. Вот и встречает тебя Опохмел с распростертыми объятиями. Что-то типа чистилища там у него, распределяет души на просветленные, достойные, значит, причисления к лику блаженных, и греховные, отбросы нашего мира так сказать. Это те, что в край спились. Вытряхнутую из тела душу, он использует как закусь. Какая у него там шкала распределения в животе душ этих, фиг его знает, но понятно одно, что «грешники» тонут в бочке с Рассолом Забвения ну а «праведным» душам типа второго шанса дается. Вот как-то так!
— А ты-то где так нажрался, ботаник? — заржали Машка с Шуриком. Галина только напряженно слушала, понимающе качая головой.
— Да вот блин, на радостях выпил лишнего на банкете в честь защиты доктогской диссегтации. А тема-то, тема какая шикагная была — «Постановка пенной клизмы кгупному гогатому скоту в походно-полевых условиях» — не без гордости произнес несостоявшийся доктор наук Семенов. — Ну, я всегда знал, что они мне все завидуют, согатнички то мои, но не думал, что эти бездаги на такое способны! — от горьких воспоминаний лицо жывотновода сморщилось.
— А кто «они»? — поинтересовалась Машка.
— Сссуки эти! Жыводегов и Шкугосъёмов! — взревел в бешенстве доцэнт-жывотновод так, что Машка и Шурик даже отодвинулись от психического доцэнта. — Они мне пенную клизму вкатили, пгедставляете, и пгичем в полном соответствии с описанным мной в диссегтации методой! Только в качестве клизмы они использовали пенный огнетушитель «ОВП-8» кажись… ну, он там на стенке висел, в мужском согтире где я… в общем, блевал я с пегепоя с непривычки… Нет, ну вы пгедставляете?! — истерическим голосом вопросил изнемогающую от смеха сладкую парочку Семенов. — И умер я по ходу от газгыва кишечного тгакта, там же давление в этом огнетушителе охегенное!
Экс-математик с подругой от услышанной истории как чумные катались по грязному полу от смеха и изредка, переводя дыхание, похрюкивали. Галина только с испугом смотрела на страстотерпца, прижав к груди руки.
Отсмеявшись положенное над страдальцем-жывотноводом, Шурик благосклонно разрешил Семенову и Галине следовать с ними дальше:
— Ну, а теперь пошли с нами, ребята!
— Да куда идти-то? — робко спросила Галина, — в какую сторону?
— Мммда…. - задумался Вепрев, почесывая в затылке, — а и в самом деле? Маш, а ведь мы должны еще Фиал Забвения Горынычу принести! Я и забыл совсем!
— Да на кой он нам, Саша? — неожиданно равнодушно ответила Маша, — че нам этот Педрило? Лучше, давай сами поищем путь домой.
— Поищем, — не слишком уверенно протянул Вепрев, — только куда идти сейчас?
Ответ пришел неожиданно скоро. Внезапно с той стороны, где сидел несчастный животновод Семенов, раздалось низкое рычание, и все, испуганно повернувшись, увидели, как по низкому темному проходу к ним шествует какая-то жуткая черная тварь с рогами на голове. Подойдя поближе, кошмарное существо протянуло к Семенову когтистую лапу, намереваясь схватить. Однако пьяный доцэнт проявил себя наилучшим образом. Схватив с пола опустевшую бутылку с Московской, он грохнул ей по башке твари. От мощного удара бутылка разлетелась вдребезги, а чудище покачнулось и упало на колени. Тут же Шурик схватил жестянку с остатками закуски, размером с ведро, и со всего маху насадил его на рогатую голову твари, так, что рога пробили жестянку насквозь, и она плотно засела на тыкве страшилища, придав ему сходство с рыцарем-крестоносцем. Для гарантии Шурик со всех сил трахнул кулаком по донышку банки между торчащими рогами и, пихнув тварь ногой, повалил на пол. Тут же мигом подлетевший Семенов принялся пинать его ногами, хекая от злобы.
— Ладно, хватит! — крикнул Шурик, дергая Семенова за рукав, — бежим!
И мигом протрезвевшая компания кинулась в сторону, противоположную той, откуда явился рогатый. Позади себя они слышали, как рогатый побежал следом за ними, громко стукаясь насаженным на башку ведром о стенки тоннеля. К счастью, путь оказался коротким — метров через сто дорогу преградила могучая железная дверь, вся покрытая заклепками, едва видными под толстым слоем ржавчины. Вепрев с ходу рванул за ржавую ручку, и дверь с ужасным скрипом распахнулась. Торопясь и толкаясь, путешественники заскочили внутрь открывшегося помещения, и Вепрев тотчас же захлопнул дверь, затем запер, повернув ручку. Тут же раздался гулкий удар по двери, и за ней началась какая-то возня, сопровождаемая глухим рычанием. Видимо, к их противнику подоспело подкрепление.
