– Я в порядке. Извини, я так и не купил японские подгузники, – повинился он.
Тамара рассмеялась:
– Не переживай. Я наконец-то вспомнила, что когда-то до замужества была вполне самостоятельной женщиной, которая могла решить любую проблему, и заказала подгузники онлайн. Кстати, их уже привезли. А сейчас мы завтракаем. Мы за-автракаем, да? – заворковала она, и Вадим радостно пролепетал ей в ответ на своем дитячьем языке. Сердце Франсуа внезапно окатила горячая волна нежности.
– Как Вадим? Ты можешь приложить трубку к его уху? – попросил он, и Тамара, несколько раз повторив: «Это – папа. Па-па!» – видимо, дала трубку в руки малышу. Это было опрометчивым поступком. Судя по тут же появившимся помехам, Вадим, недолго думая, потащил ее в рот. Связь прервалась, и Франсуа рассмеялся. В эту минуту раздался уверенный стук в дверь.
– Войдите, – отозвался Франсуа, все еще храня на лице отсвет улыбки. Дверь распахнулась, и весь проем моментально заполнила фигура высокого широкоплечего посетителя. Франсуа с удивлением рассматривал незваного гостя и даже попытался определить его род деятельности, но по внешнему виду это оказалось непросто: классические брюки, светлая рубашка с расстегнутой верхней пуговицей и серый пиджак. Мужчине было около сорока. Его черные, слегка вьющиеся волосы тронула ранняя седина. Темные глаза смотрели с неподдельным интересом. С такой располагающей внешностью обычно снимаются в рекламе дорогих автомобилей, подумалось Франсуа.
– Здравствуйте, меня зовут Тома Диалло. Я – водитель Ксавье Седу. – Мужчина улыбнулся и шагнул к столу Франсуа, протягивая руку для приветствия. – Сегодня утром я разговаривал с Жюли Лернон, и она сказала, что вы, очевидно, захотите меня допросить. Я ведь отвозил Ксавье домой в тот, – Тома запнулся, – … последний вечер. Вот и решил зайти к вам сам. У вас ведь, наверное, сейчас много работы? А вот мне после смерти Седу делать особо нечего.
Франсуа улыбнулся тому, что нечаянно угадал профессию визитера, и подумал, что Седу, вероятно, выбирал сотрудника не только по опыту вождения, но и по внешним данным. Ведь именно так и должен был выглядеть водитель респектабельного бизнесмена. Он поднялся со своего места, чтобы ответить на рукопожатие мужчины, и показал на стул напротив своего стола.
– Да-да, конечно. Присаживайтесь. И спасибо вам большое, что пришли. Мы и правда зашиваемся.
Тома пристроил свое большое тело на единственный стул в кабинете и поерзал на нем, устраиваясь поудобней.
– Надеюсь, вы не потеряете работу из-за смерти Седу? – поинтересовался Франсуа, собираясь с мыслями и засовывая и так острый карандаш в точилку-тигра. Покрутил тому хвост-ручку и, потыкав острием карандаша в подушечку пальца, остался доволен.
– Не знаю. Сейчас, после смерти Ксавье, в офисе огромная неразбериха. Но даже если и так, я не пропаду, – мужчина улыбнулся обезоруживающей улыбкой, – у меня много полезных навыков. До того как попал на должность водителя, кем я только не работал: и учителем танцев, и осветителем, и инструктором по альпинизму, и автомехаником, и даже музицировал немного. – У Тома Диалло был приятный глубокий тембр голоса. Прислушавшись к его плавной речи, Франсуа уловил едва различимый акцент.
– Откуда вы родом? – спросил он, откидываясь на стуле.
– Я приехал из Бельгии, – улыбнулся Тома, снова блеснув белозубой улыбкой.
– Как вы попали на работу к Седу? – Франсуа открыл блокнот на чистой странице и приготовился делать пометки.
– Как обычно, – пожал плечами Тома, – увидел объявление о работе в газете. Явился на собеседование и прошел отбор. Поговорил с Ксавье, – тут он усмехнулся, – думаю, месье Седу выбирал водителя не столько по стажу вождения, сколько по тому, как человек будет смотреться за рулем его «Мерседеса». Я ему, по всей видимости, подошел. Мне объяснили, как я обязан одеваться на работе: черный костюм, галстук, белая рубашка и непременно белые перчатки. Даже в жару, – мужчина хохотнул, – я же говорю – Ксавье был важен внешний вид.
– Каким Седу был человеком? С ним легко было работать? – задал следующий вопрос Франсуа.
– Он был неплохим мужиком, в общем-то, – подумав, сказал Диалло, – немного подозрительным. Я иногда ловил на себе его взгляды в зеркале заднего вида. Он смотрел на меня, когда думал, что я не вижу. Особо доверительных отношений у меня с ним не было. Я к нему не лез. Так, чисто деловые отношения.
– А Анжело Бертолини вы хорошо знали? – кивнул Франсуа.
– Ангела? О, тут совсем другое дело, – голос Диалло потеплел, – Анжело всегда лез обниматься. Он умел, знаете ли, внушать людям теплые чувства. О нем хотелось заботиться, что ли, – окончательно засмущался Диалло и вдруг решился: – Скажите, а это правда? Ну то, что пишут в газетах… О том, что Ангел зарубил Ксавье каким-то топором. Ну это же бред, слушайте! Ангел – большой ребенок. Его же все любили. Он, со своими объятиями, как плюшевый мишка. Вы извините меня, пожалуйста, – Диалло замялся, – мне Анжело как сын, наверное. Хотя по возрасту так не скажешь, понятно.
