— Да уж, наслышаны… — Бармен вытер руки о вечную свою ковбойскую кожаную жилетку, достал из-под стойки бутылку без опознавательных знаков и плеснул прозрачного алкоголя в гранёный стакан. Двинул гостю, надорвал пакетик с орешками из натовского пайка, положил перед Призраком.
— Меня спрашивали? — напрямую задал вопрос сталкер.
— Да, были тут какие-то.
— Наёмники?
— Ко мне не подходили, так — нюхали… Можешь Гарика попытать или Арни. Но лучше долгарей поспрашивай. Кто видел их.
Призрак допил водку и зажевал орешками. Пора бы уже Проводнику появиться тоже.
— Принёс чёго? — Бармен чуть долил из своей личной бутылки в стакан сталкера и снова спрятал её внизу.
Призрак протянул посылку от Сидорыча — лёгкий пластиковый герметичный кейс, плоский как ноут. Бармен, удовлетворённо хмыкнув, сунул его вниз к бутылке:
— Ты как, чем возьмёшь?
— Поесть-выпить, побриться, помыться и выспаться на двоих. С Валей Проводником я.
— Это зАраз, — Бармен махнул кому-то внутри кухни, — к Гарику всё. Ты это, вот чего. В центр теперь не ходи. Там что-то непонятно. Как Стрелок ушёл, cчитай и началось. Не надо пока, туточки сховайся, така моя думка.
Что-то схватило Призрака сзади, прижав его руки к телу. Подняло его в воздух, сжимая богатырским объятием. Ни двинуться, ни вздохнуть!
— Поздорову ли?! — пробасило это что-то, не отпуская сталкера, и гулко захохотало.
— Поздоровей видали! — отпихиваясь от здоровяка, что продолжал обниматься, смеясь отвечал Призрак.
Серёга Ромодановский он же Боярин, он же Бегин, сокращённо от Бегемот. Известный в узких кругах ограниченных людей ватажник, весельчак и пьяница. Вольный сталкер с замечательным умением объединять людей в группы для рейдов и пьянок. Вот и теперь его ватага из десятка одиночек праздновала своё возвращение из похода. Видимо, удачного, потому что водка текла рекой, и к товарищам Боярина уже присоединилось с десяток завсегдатаев Бара.
— А ну давай к нам, Приз! — прогудел он, потянув Призрака за плечи к столам, что были сдвинуты в середине Бара, — Сходили хорошо с парнями, — рассказывал он так, будто только вчера попрощались. Тоже манера у человека. Бывают такие люди: громкие, понятные, щедрые. И отношения с жизнью такие же у них — тоже громкие, дружеские. Сплошной карнавал. Ну, по крайней мене, с виду так. Боярин и был именно таким простым и добрым мужиком без всякой задней мысли.
— А мы же как — на Склады, а оттуда в Рыжий ходили, до Затона дошли, ну почти! На Радар сунулись — а вот вам х. й, бояре! Не пускает, подлюка, по мозгам шарашит ей-же ей! Тогда свернули к старой аномалии. Ну ты знаешь — телепорт там был, где танк. Собак набили — милое дело. Артов взяли опять же. Схроны наконец почистили, мало не показалось. Панас Фёдорыч, спасибо, накидал с десяток точек там. По концу секача завалили, мяса — во! Ты кушай, не боИсь, не фонило, христом-богом … Так что полтуши продали, вот что оставалось сейчас — ты пробуй! Водки налейте, эй!
Кто-то тут же протягивал бутылку, на тарелке перед Призраком появилась аппетитно пахнущая свинина, лучок зелёный, шмат полусырого хлеба. Сталкер подставил стакан, что увёл с барной стойки.
— Вот только Сеньку потеряли, — упавшим голосом неожиданно закончил Боярин. Это как-то не вязалось с разудалой гульбой ватажников. После гибели товарища обычно пьют молча, мрачно и не чокаясь. Что это они?!
— Да, был человек и нету… Сколько не успел… Не нам судить его… Каждому, как говорится, свой срок… Не с нами он теперь… — вразнобой заговорили сталкеры, услышав последние слова своего атамана, и расступились. В середине зала на единственной табуретке сидел, свесив голову до колен, в сопли пьяный сталкер Сенька, известный своим неумением пить, за что заработал почётную кликуху «Лучше выпить водки литр».
— Да вот, потеряли мы товарища, впрочем, как и всегда! — закончил речь Боярин чем вызвал громкий хохот, переходящий в овации.
— О! Здав буди, боярин! — а он, широко раскинув руки, уже ринулся к кому-то, входящему в зал. В общем, свой ник он получил во многом из-за этой привычки так вот обращаться ко всем. Ну и из-за громогласности, тучности и, конечно, фамилии. Ромодановские, как говорит история, ещё со времён Грозного кнутобойничали в Тайном Приказе.
На этот раз жертвой великана оказался Проводник. Ловко отпрыгнув от загребущих рук сталкера, он спрятался за столик:
— Не, не вздумай даже, у меня переломы не срослись ещё. Плечо, рёбра. Позавчера.
— Чего позавчера? — удивлённо остановился Боярин.
— Переломы, — охотно и всё так же непонятно ответил Проводник.
— Да, приключений было, подранили его, кости сильно раздробило. Повезло, считай, что тут же вляпались в Мозголом как уходили. На сутки вырубило нас, — это Призрак пояснил сзади. Сталкеры, прислушиваясь к его рассказу, подвигались ближе.
— Ты серьёзно? А при чём Мозголом? — Боярин аккуратно вынул Проводника из-за столика и поволок в центр к еде и выпивке.
— Да рассказать… такого давно не бывало, всё сразу и одновременно, как в том кине американском.
