— ТО Пищалке надо бы. Я ствол в полевых условиях менял, время поджимало ты верни нормальный, — Призрак передал свой пистолет-пулемёт Громову и вручил ему свёрток с комплектом сорок пятого калибра.
— Мне тоже — почистить, помыть, Проводник протянул ему эмпешку.
— О! А тебе новый глушак же, ты просил. Есть уже! — Громов повеселел, вспомнив заказ на замену интегрированного глушителя.
— Да, давай…
Сталкеры отошли к окну, выглянуло скудное осеннее солнце, осветив заводское запустение. В утреннем свете покинутая территория выглядела стильно и таинственно, как в кино. Постояли, разглядывая нарождающуюся Карусель в углу у забора.
— Мысль есть, — начал Проводник.
— Погодь, — Призрак потёр подбородок, — важно это. Тут вот что. На Янтарь не пойдём! Там вокруг Леса и Складов фанатики резвятся, тут на Дикой Территории наёмники с непонятными намерениями. Да и опоздали мы считай на двое суток как минимум. Нет смысла, всё, — он замолчал, переживая из-за своего решения, — Чего хотел сказать то, говори…
— Это хотел.
— То есть ты тоже так думаешь? Не надо идти?
— Уверен!
Помолчали. Решение было правильным. После правильных решений всегда чувствуется облегчение и поднимается настроение. Именно так себя сейчас и чувствовал Проводник.
— Я так хотел Клыка найти и Доктора. Они на Военных Складах были, когда мы расстались. Но сейчас там заварушка эта. Вряд ли они на базу к Свободе пошли. Доктор, он к ним довольно холодно относится. Не пошёл бы, скорее сюда отправился. Да и Клык, он же в Долге был одним из первых, ну, ты знаешь. Ушёл потом.
— Злой с Угрюмым тоже, — вспомнив своих корешей, заметил Проводник. Те действительно служили в составе квада Бунчука, но потом, после конфликта с командиром, демонстративно покинули ряды Долга. Таченко рассудил справедливо, за ошибки командира квада разжаловал в лейтенанты, а квад расформировал. Теперь Бунчук ходил экзопулемётчиком в кваде Петренко.
— Если придут — то сюда, — повторил Призрак, — а ты чего думаешь?
Вместо ответа Проводник показал товарищу экран ПДА с сообщением от Халецкого: «У Петренки забери должок, он знает. Скажи ему что договорённость номер сорок шесть по патронам АК в силе, могу 3 ящика уже сейчас дать. Деньги через тебя пусть передаст, цена та же. Рубли, гривны не бери, евро или доллар! Половина денег — твоя.»
— О как… Бизнес?
— Если ты не против. Он просил наладить связи. За полцены от сделки можно бы. Предлагаю заняться, — Проводник спрятал ПДА, предварительно отстучав по экранной клавиатуре «Занимаемся».
— Ну что ж. Занимаемся, так занимаемся, — Призрак сразу повеселел, — Половина от сделки — это золотые условия!
А вечером предыдущего дня, когда сталкеры пили за успешное завершение рейда группы Боярина, в бункере учёных на озере Янтарь действительный академик и член-корреспондент половины научных центров мира, профессор Андрей Дмитриевич Сахаров имел личный разговор со своим заместителем.
— Коллега, боюсь вы не вполне отдаёте отчёт в ситуации с проектом «Ключ». Полагаю, вы представляете проект неким экспериментом с открытым финалом, — профессор встал и по привычке начал мерять шагами кабинет.
Его собеседник Алексей Герман следил за руководителем своим фирменным рыбьим взглядом из-под квадратных очков. Он был довольно привлекательным мужчиной, несмотря на оформившийся живот. Густые волосы и породистое лицо с капризными пухлыми губами не умаляло его мужественности. Но вот этот холодный расфокусированный взгляд придавал учёному несколько отталкивающую внешность. А характер, вкупе с надтреснутым голосом, вызывал у коллег и подчинённых стойкое нежелание общаться с ним лишний раз. Алексея это устраивало. Карьера, которой он посвятил молодые годы, шла вверх. Конкуренты были не нужны.
— Вы будете исполняющим обязанности руководителя, приказ готов. Обратите внимание на проект! Возможно, до вас не была доведена вся информационная картина. Я позволю себе восполнить досадный пробел. Это утилитарная операция, ради которой фактически и создано настоящее положение дел, то есть Зона. Операция идёт по установленному алгоритму и ваша задача — регулировать состояние этих дел для достижения цели. Операция возобновляемая, вам предстоит в вариациях проводить её несколько раз.
Алексей лишь кивал, слушая Сахарова. Его руководитель, во всех смыслах
— Вы слушаете?!
— Я всё понял, профессор. Вы так говорите, будто мне придётся…
