— Надя, ну можно своё поведение на уровне женщин с низкой социальной ответственностью не тащить на работу? — гаркнул он. — Тебе муж опять фингал набьёт, а я расхлёбывай.
Малинин сначала ничего не понял, потом, когда почувствовал, что за его спиной кто-то зашевелился, даже похолодел. Он сел на кровати, медленно развернулся и увидел раскинувшуюся на подушках Надю.
— Серёжа, не кричи, кишки надорвёшь и нарушишь благостное состояние наших пациентов. Всё под контролем, мой в отпуске, процедуры медсёстрам я ещё вчера всё расписала.
Пока Малинин пытался осознать произошедшее, он вдруг увидел, что за спиной ругающегося доктора в коридоре стоит Соня. Она несколько секунд молча созерцала картину, потом просто сделала шаг и исчезла, а Егор остался сидеть посреди громкой перепалки. Через несколько секунд у него хватило сил схватить свои вещи и выскочить вон.
— А этот так, неваляшка, — широко зевнула Надя, глядя в уходящую спину Малинина. — Я разве что погрелась рядом.
— Вы, Надежда Сергеевна, если у каждого очага греться будете, то вам придётся перейти в кожно-венерологический.
— Да ты что? А здесь кто работать будет за эти копейки?
Малинин выбежал на лестницу, голоса наконец заглохли, и Егор, натянув свитер, прислонился к холодной стене. Полковник пытался унять часто бьющееся сердце, выкинуть шум из головы и хоть как-то скомпоновать и объяснить себе, что сейчас произошло.
— О, Егор, здорово. А я вот поутру встал пораньше, выслушал от жены нагоняй и побежал за минералкой: здесь в холле автомат сломался.
Егор повернул голову и увидел поднимающегося по лестнице Ласточкина.
— В смысле? Ты вообще где был?
— Так рядом с тобой на соседней кушетке придремал. Надя-то, нам постелила и ушла спать в сестринскую. Мы уж с тобой совсем хороши были. А ты чего здесь такой взъерошенный стоишь? На-ка водички попей, — Иван Гаврилович протянул Малинину запотевшую бутылку.
— Поперёк горла мне теперь твоя водичка пойдёт, — рявкнул Малинин и побежал вниз.
Ночь махнула тёмным крылом, уставшие за день люди разбрелись, пытаясь найти спокойное место для сна, потому что все прекрасно понимали, что в этой безумной гонке на выживание нужен хоть какой-то перерыв.
— Ты куда? — Унге остановила бредущую по коридору Стеф.
— Надо проветриться.
— Не стоит выходить одной.
— Я даже с крыльца не сойду, попрошу за мной присмотреть наших доблестных охранников.
— Будь осторожна.
Стеф махнула Унге рукой, натянула ветровку и, оказавшись на улице, глубоко вдохнула холодный, буквально пропитанный влагой воздух.
— Вы только не уходите, — проговорил мужчина в защитной форме, сидевший на крыльце.
— Нет, что вы. Куда же я пойду, я здесь немного постою и обратно.
Охранник углубился в просмотр чего-то занимательного на смартфоне, Стеф потянулась руками к небу, размяла спину, ступила с крыльца на землю и приблизилась к часто растущему кустарнику. Выйдя из яркого пятна фонаря, прикреплённого над входом, Стефани долго стояла без движения, пыталась прочистить усталый мозг и попытаться не думать ни о чём кроме дела. Она, казалось, не заметила, как за топорщащимися мокрыми ветками скользнула тень, и в метре от неё возник человек. Он долго стоял напротив почти недвижимой Стеф, внимательно буравил взглядом вовлечённого в мир чужих экранных жизней посмеивающегося бойца, зацепился за беспокойное лицо Унге, смотрящей в окно, и попытался отступить в чащу.
— Ты забрал её? — одними губами прошептала Стеф, не двигаясь с места.
— Да.
— Как она?
— Пока что приходит в себя, в частной клинике.
— Я поняла. Будь осторожен.
— Спасибо тебе за помощь, — сказал невидимый в черноте проносящейся бури мужчина.
— А как иначе? Я бы без тебя тоже не решила многих задач. Ну, а что касается Лизы, мы не всегда выбираем путь сами. В моём случае это было так, — голос Стеф сломался. — Мне пора, — Стеф помолчала. — Ей будет трудно?
— Ты же знаешь, не все ритуалы сложные, — тихо обронил мужчина. — Всё зависит от вашей меры восприятия. От того, как быстро человек расширяет свой кругозор, от того, как отчаянно цепляется за навязанные догмы.
— Халти…
Но мужчина, стоявший перед ней, приложил пальцы к своим губам, покачал головой и, сделав шаг, затерялся в вихревом потоке ветра.
Утро было уже совсем осенним, мокрая листва ржавела прямо на глазах, покрывалась пятнами в преддверии скорого умирания и болезненно вздрагивала от касаний холодного ветра. Малинин, рассекая лужи на большой скорости, гнал машину обратно к поликлинике. Сейчас нужно было только одно: уйти с головой в работу и перестать попадать в нелепые ситуации, из-за которых потом всё лицо полыхает стыдом. Не доехав несколько метров, Егор резко затормозил, потому что увидел, как перед входом остановилось такси, из которого вышла Софья и не оглядываясь скрылась в здании.
— Это, наверное, специальный ад, выдуманный для меня, — Егор зло хлопнул по рулю. — Как она вперёд меня-то успела?
Коротко кивнув бойцу на входе, Егор прошёл в бывшую столовую, где теперь расположились Мамыкин и Медикамент.
