— Хорошо. Пусть будет Алла, — пробормотал он, опрокинул свой стакан, встал и быстро сомкнул пальцы на шеи заключённой номер двести семьдесят пять.
Краткий миг, когда сигарета пытается вернуть себе свой прежний облик, всегда завораживал Ивана. Это то мгновение, когда всё ещё можно исправить. Когда ящик из опыта Шрёдингера ещё открыт, и кот точно жив. Когда Марычев — бог. Но и сейчас цилиндр обмяк, превратившись в лохмотья плоти. Чуда не произошло.
— Алло, — Марычев нажал на кнопку интеркома. — Зайди, пожалуйста.
Дверь отворилась, и на пороге возник человек в форме бойца спецназа.
— Слушаю.
— Мадам считала себя ведьмой. Утопите её где-нибудь. Навсегда. Не нужно, чтобы она всплывала, — Иван старательно вытер антисептиком шею Аллы.
— Так точно, — мужчина в форме поднял тело и вышел.
— Не слишком вас испугал? — спросил Марычев, снова наполняя свой бокал.
— К чему это представление? Мы с вами уже всё обсудили. Я согласна взамен на операцию и свободу себе и маме рассказать всё, — Юля не отрываясь смотрела на Марычева. — И теперь, как я понимаю, у вас нет врача.
— Она мне была больше интересна, чтобы понять, знает ли она что-то, кроме того, что из неё вытрясли. Видимо, нет. Неприятная, туповатая баба, пытавшаяся натянуть маску аристократки. У меня есть великолепный хирург, который сделает всё по высшему разряду. Дорого, но убивать его не придётся, — Марычев помолчал. — Ваша татуировка. Вы хотите её оставить?
— По возможности.
— Насколько я понимаю непали, ваша татуировка гласит, что сила трёх Будд соединяется в вас. Но известно ли вам, что эта надпись начнёт работать лишь рядом с мужчиной, близким вам по духу? Это, конечно, всё чепуха. Но если вы уж пытаетесь запустить ритуал, то нужно ему следовать. Ведь у вас всё было замечательно, пока вы не убили Илью. Зачем? — Иван внимательно смотрел на Юлю. Он видел в ней те достоинства, которые очень ценил в человеке: тягу к власти, беспощадность и безжалостность. У неё была лишь одна слабость: жадность.
— Что сказать, Илья всегда был мистиком. Увлекался пророчествами, прикладным гипнозом, ездил к шаманам и ведунам. Для него всё это было реальностью. Мы с мамой так устали ему подыгрывать, что решили всё ему объяснить. И он сорвался. Решил всё рассказать. Пришлось угрожать его семье. Но это его бы остановило ненадолго. Такие ведь верят в посмертие, прощение и прочую чепуху. Пришлось и для него найти ритуал продажи души, за который, кстати, его бенефициар очень хорошо заплатил.
— Понятно. Жестоко, но понятно. А как вы маму-то убедили заняться всем этим?
— Это не я убедила маму. А мама показала мне бездонное озеро возможностей. Может, быть помните, в девяностых в Питере выходила газета «Реклама-Шанс», там на последних страницах предприимчивые проститутки рекламировали свои услуги. Там же рекламировали свой бордель и две женщины: Ася и Зина. В библиотеке на досуге можете посмотреть подшивки, бордель «А.З. вам дам». Однажды мама раскидывала девочке карты и пришёл кто-то из крышующих их ребят, и ради смеха предложил ей тысячу долларов, если та предскажет его судьбу. Мама деньги не взяла, но вцепилась ему в руку и вложила в неё карту. Ей оказался туз пик. Человек обрадовался, считая, что он станет тузом. Но мама сказала, что его сегодня убьют. Тот посмеялся и ушёл. Вечером на перестрелке его убили, в кармане нашли карту туз пик с именем Ася. Ну и понеслось — Ася гадала бандюкам, сливая им инфу от своих девочек и облекая её в форму предсказаний, а Зина расширяла сеть. Вскоре гадать стало некому: всех или убили, и они на Северном кладбище, или посадили. В сфере интим услуг появились новые кураторы, — она помолчала. — Из ваших. Да и женщины постарели, задор был уже не тот. Но компромата у них накопилось много, да на каких людей. Не переживайте, я всё очень бережно собрала и оцифровала, естественно, сохранив исходный материал. А мне очень хотелось денег, и не просто денег, а денег с большой буквы. Да так, чтобы никто не трепал моё имя. И тут появился Толя Красуцкий. Ну как появился, тётя Зина предложила ввести меня в семью и после убить его жену. Дальше дело техники и химии: Толя всегда был слаб и падок на женщин, а ещё считал себя великим мистиком, и заставить его выпить чудесное снадобье и заняться сексом не составило труда. Надо сказать, Красуцкие заложили в своего сына много хороших качеств, и он сразу предложил мне стать его женой. Так я получила доступ в круг пусть не очень влиятельных, но достаточно богатых людей. А дальше…
— Я понял. Дело техники, — закончил за неё Марычев. — Юля, в связи с тем, что вам пришлось увидеть, мы заключим новый договор, — он выставил перед собой руку. — Не перебивайте. Хотя сейчас и здесь это уже не договор, это ультиматум. Так вот, — Марычев взглянул на телефон. Он никогда не любил часы и как только появилась возможность скинуть с себя эти «наручники бесконечности», он сразу избавился от них. — ваша мама умрёт через… Она уже умерла. Вам изменят внешность, но свободу вы не получите. Будете моей персональной гадалкой, — он улыбнулся.
