В этот момент, получив поддержку откуда-то сверху, Галина договаривается с Центральным банком, чтобы он начинал усиленно прессовать мой банк. Совершенно закономерно, что первым вопросом становятся некачественные кредиты, через которые Савинов выводил себе деньги клиентов. Все, что происходит, полностью отвечает его собственным интересам. Он вызывает меня и говорит, что, не решив вопрос с качественной отчетностью, мы, очевидно, не сможем перейти к продуктивной работе и развитию. И он опять говорит совершенно правильно. Я, думая о молочных реках и кисельных берегах, бегаю сломя голову по всей стране, ищу всяческие варианты и договариваюсь под свои личные гарантии. В итоге знакомые люди дают мне, по сути, в аренду свои активы, которые будут удовлетворять требованиям регулятора, и я ставлю их взамен старых плохих на баланс, чем формально привожу отчетность банка в соответствие с требованиями надзора. Понятно объясняю? – я улыбнулся.
– Это все равно, как если бы мне надо было забрать моего друга, который выходит на свободу из зоны, – подытожил Андрей. – Но у меня нет машины, а мне хочется его красиво встретить. Я звоню тебе и говорю: можно я возьму на пару дней твою тачку, съезжу на ней во Владимирскую область и заберу товарища. Ты соглашаешься. Я еду туда, встречаю знакомого у ворот колонии, привожу его домой, потом мы едем в кабак, отмечаем освобождение, и затем я его возвращаю к нему на квартиру. Все на зоне видят, что, когда человек откинулся, его встретили уважаемые люди на солидном автомобиле. Затем он на этой машине приехал домой, доехал до кабака, погулял с друзьями. Все думают, что парень остается в обойме, при делах, у него авторитетные друзья и прочее. И именно этот факт все запомнили. Через день я возвращаю тебе твою машину. Дело сделано. Похоже?
– Совершенно точно. Только за использование красивых активов, то есть в твоем случае солидной тачки, надо было платить их владельцам, – добавил я. – Это означает, что, к примеру, у кого-то есть акции или облигации всем известной компании. Он их не собирается в ближайшее время продавать, а купил, так сказать, вдолгую, и они у него просто лежат в депозитарии. Я прихожу к нему и говорю: «Слушай, у тебя есть эти активы. Дай их мне на время, они побудут у меня. Ты ведь их все равно пока не собираешься продавать, а я тебе за это буду ежемесячно платить». И добавляю, что лично сам за все отвечаю и как только ему понадобятся эти ценные бумаги, то я их сразу верну. В качестве гарантии возврата мы подписываем документ без указания даты – передаточное распоряжение, которое он в любой момент может предъявить депозитарию, где ведется учет этих ценных бумаг, и активы автоматически будут переведены с моего счета на счет владельца. Указанное бланковое передаточное распоряжение мы передаем некой третьей стороне, которая гарантирует сделку. Бывают, правда, другие варианты страхования, да и самих документов несколько больше, но это сейчас неважно. Владелец акций думает, что он меня знает и действительно ничем не рискует, я же ему пообещал их отдать, да и жадность играет не последнюю роль в деле. В итоге он соглашается и через нехитрые юридические манипуляции получает взамен своих активов пустышку, а его качественный актив отражается на балансе моего банка. Отчетность кредитной организации изменяется, показывая резкое улучшение ее финансового положения. Центральный банк удивляется, все досконально проверяет, но ни к чему придраться не может. Однако мы-то знаем, что эти активы чужие, взяты в аренду и никогда фактически не принадлежали банку. А баланс как был пустой, так и остается. Только доказать это очень сложно.
