Однако ситуация развивается не совсем так. Центральный банк медлит и до сих пор не отстраняет меня от руководства, потому что Галина им говорит, что вот-вот Савинов выложит из своих запасников кучу денег и закроет кризис ликвидности. Эта пауза дает мне возможность спасти себе жизнь. Я, по сути, за один вечер меняю баланс и возвращаю все арендованные активы их законным владельцам, а в банк завожу, где имеется такая возможность, старые активы Савинова, а частично – первое попавшееся дерьмо, по сути, резаную бумагу, купленную по дешевке на стороне, так как полностью воссоздать первоначальную картину состояния дел по прошествии полугода уже не представляется возможным. Надо, конечно, понимать, что это всего лишь аллегория, а реальность существенно сложнее. Так на баланс банка опять возвращаются те два крупных кредита компаний, в которых владельцами являются Игорь и Константин. Узнав об этом, эти двое сразу бегут к Савинову и рассказывают про возврат кредитов в банк. Понятно, что они втроем всегда оставались на связи друг с другом, но ничего мне об этом не говорили. Тот, вероятно, обещает меня посадить, а своих товарищей вывести из-под удара. Думаю, что операция, в рамках которой, по словам Игоря, следили за нами всеми, в реальности уже давно была инициирована ими же самими против меня, чтобы собрать необходимые материалы и быть готовыми в любой момент, если меня не убьют мои же коллеги, провести задержание и арест. Узнав о возвращенных на баланс банка этих кредитах, Савинов экстренно собирает совет директоров, членами которого являются, в том числе, те же Игорь и Константин, на котором в срочном порядке единогласно утверждается мое увольнение, и отстраняет меня от руководства.
Сегодня утром мне звонит Игорь, сообщает о моем отстранении и приглашает на встречу в каком-то подставном офисе на Таганке, где мне должны были предъявить надуманное обвинение и я был бы сопровожден в СИЗО. Однако ни он, ни Константин не знают, что еще вчера Савинов понял, что я сыграл на опережение и никакой значимой выгоды упечь меня в тюрьму пока что нет. В то же время дистанцироваться от компаний, через которые он сам когда-то воровал деньги вкладчиков и которые опять появились с моей подачи на балансе банка, для него, несомненно, чрезвычайно важно. Понимая это, он через свои личные контакты в Конторе меняет заказ и экстренно подает в Следственный комитет новое заявление, теперь уже на своих друзей, обвиняя их в мошенничестве и воровстве денег из его организации. Он же является акционером банка, а Игорь и Константин – владельцы компаний-заемщиков. Никого не волнует в данном случае, что оба они всегда исполняли только волю своего хозяина. Меня к этим кредитам пристегнуть никак нельзя, так как они были выданы до того, как я пришел сюда на работу. Тем самым Савинов ликвидирует потенциальную возможность перевода на него стрелок при последующих разбирательствах, а также выходит из ситуации пострадавшим и героем, заботящимся о судьбе кредитной организации и ее клиентов.
Сегодня Игорь и Константин приезжают на встречу, где Савинов в присутствии представителей всех возможных правоохранительных органов предъявляет им обвинение и уезжает. В это время я постоянно звоню всем, но никто на звонки не отвечает. Потом, вероятно, им это надоедает, и меня заводят внутрь. Однако сотрудники спецслужб понимают, что пока предъявить мне особо нечего, и нехотя отпускают. Хотя, несомненно, то, что я ушел, является счастливой случайностью, так как наши правоохранители всегда могли бы сымпровизировать и загрести меня за компанию просто для дальнейшего банального рэкета и шантажа с целью вымогательства. Вариантов для такого развития событий можно было придумать миллион. Но, видимо, правоохранители не сообразили либо побоялись, что что-то пойдет не так и им затем сильно влетит от начальства… Я думаю, что ситуация была приблизительно такая.
– Ого! – отреагировал Андрей. – Очень похоже на правду. А дальше что будет?
