Я уже начал работать, так увлекся… Прочел первую главу… Способы литья в пещерах… И тут засыпаю, и снится мне сон… Рассказать? Так… Снится мне, что на площади строят памятник, уже готов постамент… Но пустой, представляешь? Я влез на постамент, даю руку Этьену… Нет, сначала тебе! ТЫ тащишь Луи, Луи — Сбогара, тут Ричард с Эрнестом лезут… Ну, в общем, всех поднял. А под нами, на постаменте, надпись золотом. Не наши фамилии списком, как на выборах в правление… Или как в газетах, обойма… поминальник этот… А просто: «Неизвестному советскому писателю». Здорово, да? Гениально. Но сон мне досмотреть не дали. Теща пришла… За дверью зашумели… Хотел записывать за ними, но не выдержал. Вышел и сказал им все. А вот за мной небось записывать некому… Жена не стенографирует… Не Анна Григорьевна… Не тот случай… Да…
Однажды одна кра-асивейшая дама заходила со своим мужем в троллейбус. А зашла она уже без мужа, потому что ее муж отстал от троллейбуса, оттиснутый. И кричал издали.
Но дама, не чуя этого факта, решительно просунулась вперед и крепко уселась на латаное кожаное сиденье. Как раз впереди Андрюши-Паука, который ехал неизвестно куда и мечтал где-нибудь подбить деньжат.
Радостная, возбужденная дама, не оборачиваясь, спросила своего, как она думала, мужа, а на самом деле — Андрюшу-Паука:
— У тебя медные копейки есть?
Андрюша же в ответ сначала вздрогнул, а потом и говорит:
— Да иди, ты, тетка, к Бабаю на шестой километр мухоморы собирать аль на хутор бабочек ловить.
Изумленная тетка, услышав незнакомый голос своего мужа, все-таки обернулась, изучила Андрюшу и страшно закричала:
— Негодяй! Хам! Аполлон! Аполлон!
А все-то пассажиры, никто и не знал предыстории всей этой истории. Почему и чрезвычайно удивились, что бабу кроют матом а она взывает к древнегреческому богу красоты, покровителю муз.
Но все стало на свои места, когда баба, несколько успокоившись и всплакнув, объяснила, что Аполлон — это и не бог вовсе, а ее муж, который исчез. Аполлон Леопольдович Иванов, начальник производственного отдела треста «Нефтегазоразведка!. «…И уж он бы не допустил. Он бы защитил…» Суровой мужскою рукою, потому что он от своей супруги без ума, старше ее на 11 лет, хотя и настоящий мужчина.
— А больше я не вижу в салоне настоящих мужчин! — вскрикнула Аполлониха. — Где настоящие мужчины? Как вашей слабой сестре плохо, так вы потерялись по кустам…
А троллейбус сначала шел вдоль берега, затем же поднялся высоко в гору. Природа вся находилась в состоянии полной гармонии. Осеннее солнце грело стекла. Слепила излучина реки. И тихий пароход незаметно плыл, и на островах росли деревья цвета киновари и охры. Природа находилась в гармонии. Кольца и броши опечаленной дамы сильно сияли.
— Мужчины вы, мужчины! — горько повторяла она.
Тут-то многие и покраснели для решительных действий. После чего стали хватать Андрюшу за телогрейку, желая и в троллейбусе восстановить покой, справедливость, эстетику.
— Убери руки, а то протянешь ноги! — огрызался Андрюша.
Но его все-таки выкинули. На остановке народ глядел с любопытством. Андрюша почесался спиной о бетонный столб, подумал и сообразил, что ехал он вроде не туда, куда надо, мечтая подбить деньжат. А если отправится сейчас в какую-нибудь другую сторону, то непременно там деньжат и получит. Хотя бы немного.
Он и пошел вниз под гору пешком. И вскоре обратился с мелкой просьбой о деньгах к славному человеку приятной наружности. Прося ссудить ему до лучших времен небольшую монету денег.
Однако человек ему в просимой сумме отказал. И даже грубо отказал, и даже обругал его всякими словами, после чего «бич* уныло поплелся дальше.
Но как превратны случаи судьбы! Ведь человек этот и был пропавший столь внезапно Аполлон Леопольдович! Да, это был Аполлон Леопольдович, начальник производственного отдела треста «Нефтегазоразведка»! И совершенно напрасно думать, что он не дал денег потому, что не верил в лучшие времена. Просто он как пропал. то сразу весело огляделся и нырнул в ближайшую пивную. Но там, в пивной «Белый лебедь», было ужасно много народу среди захарканных полов и неоткрытых пивных бочек. И при полном отсутствии знакомых начальник производственного отдела, прекрасный муж вышел из пивного зала во зле и печали. Почему и был строг.
Что же? Встретились, поговорили, разошлись. И ничего тут нету удивительного. Что тут удивительного? «Это жизнь. И это нужно понять и принять», — как сказал бы один из моих знакомых, с которым я недавно окончательно разругался.
Мы часто говорим про погибших на воине: «Они с нами, они среди нас…» Давайте представим, что было бы, если бы действительно воскрес кто-нибудь из них. Из тех, кто отдал жизнь за светлое будущее. И стало бы для него это светлое будущее светлым настоящим…
