– Тебе не следует идти на эту встречу, командан. От всего этого так и несет запахом ловушки.
– Выбора-то ведь нет, – решительно сказал Боб.– Джон Мо из тех типов, которые выполняют свои угрозы. Стоит ли играть судьбой мисс Ли?
– Да, но не забывай То, что сказала эта самая мисс Ли. Если кольцо Крови и Дракона достанется Длинным ножам, они принесут несчастье миллионам людей, совершат с его помощью новые преступления…
– Мне это все известно, Билл, но нужно спешить: спасать мисс Ли…
Француз замолчал и немного подумал.
– Впрочем, есть, наверное, средство выкрутиться, не давая кольцо этому Пинку? Но какое? Неужели я за час ничего не придумаю…
Хотя уже давно наступила-ночь и большинство кварталов этого большого калифорнийского города спало, в Чайнатауне жизнь била ключом, поражая воображение светящимися вывесками, написанными китайскими иероглифами, флажками, полощущимися на ветру, круглосуточными кинотеатрами, ресторанами, где можно попробовать куриные яйца возраста египетских фараонов, но сохранившиеся не хуже мумий, лавочками, в которых можно купить лотерейные билеты на килограммы, театриками… Повсюду царили красный и желтый цвета, любимые цвета Будды, Что до людей – в большинстве азиатов, – сновавших по узким улочкам, то, казалось, что они возникали ниоткуда. Их как бы рождали порывы ветра, и исчезали они тоже от этих порывов. Были там и белые, большей частью матросы и туристы. Иногда мелькали какие-то тени, старавшиеся придерживаться улочек потемнее…
Тамарин-стрит и была такой тёмноватой улочкой, на которую бросали блики бумажные красные и желтые фонари, исписанные черными иероглифами, а также редкие пульсирующие неоновые вывески.
Моран медленно шёл вдоль улицы, в начале которой он вышел из такси. Как бы небрежно он огляделся по сторонам, каждую минуту ожидая нападения. За пояс его брюк был засунут пистолет человека-горы, до это мало его успокаивало. Несколько поодаль от него по противоположному тротуару брел Билл, одетый бродягой. Шляпка-панама прикрывала его рыжие космы, к тому же он шел слегка пошатываясь, словно прилично выпивший человек. Моран чувствовал его поддержку, но в правом кармане пиджака лежало кольцо Крови и Дракона, за обладание которым погибло уже много людей и должно было погибнуть ещё больше. Это было так, как будто он нёс гранату, которая могла в любой момент взорваться.
В конце концов Боб остановился перед домом 162, где находилась небольшая лавочка, на витрине которой большими красными буквами, стилизованными под китайские иероглифы, было написано:
М-Р ПИНК – ТАТУИРОВКА – СНЯТИЕ ТАТУИРОВКИ
По бокам были наклеены какие-то ленты вроде старинного пергамента. На одной стороне была изображена вытянувшаяся змея, на другой – китайская сабля, и под ней слова: Vae victis[6].
Моран вздрогнул, узнав в этом «пергаменте» лоскуты человеческой кожи, скорее всего пациентов, которые хотели избавиться от прежней татуировки. Он не мог представить, кому принадлежал кусок кожи со змеей, но сабля с девизом явно была татуировкой на теле какого-нибудь кантонского палача, который решил сменить профессию.
В помещении горел слабый свет.
Повернув ручку, Моран вошел. Нежно прозвенели стеклянные подвески, предупреждая о приходе гостя. Боб оказался в квадратной комнате примерно четыре на четыре метра, в которой стояло несколько кресел. Стены были украшены рисунками, рекламирующими ремесло татуировщика. В глубине находилась узкая дверь.
Неожиданно откуда-то появился подросток лет пятнадцати с длинными выдающимися вперед зубами, одетый в обтягивающие панталоны и кофту, застегнутую под горло. Он неожиданно материализовался перед Мораном, как будто из воздуха, и проговорил совершенно как негр – Моран даже поморгал глазами, чтобы избавиться от наваждения и убедиться, что перед ним китаец:
– М'сье посет'тль, что-то хотеть?
– Я хотел бы поговорить с господином Пинком, – ответил Моран.
– Я п'йду п’искать его!..
Парнийша исчез, а через несколько секунд появился другой тип. Это был явный китаец, одетый в длинный желтый халат. Он был уже в возрасте, но взгляд его был очень живым.
Лицо гладкое и странного розового цвета, как у детей белой расы. Розовый китаец. Моран понял, почему тот избрал кличку «Пинк» – розовый.
Поклонившись, странный старец спросил:
– Что желает уважаемый клиент?
– Я хотел бы поговорить с господином Пинком, – так же просто ответил Боб.
– Мистер Пинк – это я. Что бы вы хотели? Наверное, татуировку?..
– Да, татуировку, – продолжал Боб, который старался выиграть время, чтобы поближе познакомиться с обстановкой, в которой придется действовать, может быть, даже довольно жестко.
Господин Пинк снова поклонился. Он показал на дверь в глубине помещения,
– Если уважаемый клиент пожелает войти туда…
