– Если послушать Аарона, то на работу это влияет не более, чем когда-либо.
Анни облокотилась на спинку стула. Подошла официантка, и она заказала себе бутерброд с листьями салата и помидором и стакан лимонада. Джерри ничего не заказал.
– Кстати, Крис преуспевает. Он у тебя молодчина. Он заменяет мне сына, которого мне всегда не хватало, – произнес Джерри, улыбнувшись.
Анни кивнула. У Джерри с Юнис были дочери-близнецы. Она всегда подозревала, что Джерри хотел иметь сына.
– Джерри, я хочу знать, как у вас идут дела. Мне очень неловко спрашивать об этом тебя, но мне не хочется вовлекать в свои проблемы Криса, а от Аарона я не могу получить прямого ответа.
– Дела идут в гору, но и расходы растут. Аарону удалось хорошо заработать, но позже мы много потеряли, – сказал Джерри и замолчал. Потом он посмотрел на стол и снова на Анни. – Я чувствую себя так, как будто работаю у Аарона из милости. Мое партнерство с Аароном распалось. Мы с ним почти не разговариваем. – Анни видела, как расстроен Джерри. – Думаю, что он просто пытается избавиться от меня. И ему удастся это сделать с помощью денег.
– Это, скорее всего, лишь прессинг, Джерри. Я не верю, что Аарон может предать тебя. Нет, Джерри, ты нужен Аарону.
Джерри покачал головой.
– Больше не нужен. Он изменился. Теперь ты знаешь, что ты не единственная, кого предал Аарон.
Наутро Анни проснулась рано, полная сил. После хорошего сна все казалось не таким уж мрачным. Прямо в пижаме она вскочила на велотренажер, затем в течение двадцати минут занималась аэробикой. Она чувствовала себя сильной, и эту силу ей придавал гнев. Сегодня она должна была посетить господина де Лос Сантоса в Комиссии по контролю за инвестициями. Собираясь переодеться, она зажгла свет, обнаруживший великолепно подобранный гардероб простой и элегантной одежды, в основном черного цвета, цвета слоновой кости и бежевого. В эту гамму вкрапливался розовый цвет ее летней хлопчатобумажной и шелковой одежды.
Что ей надеть в Комиссию по контролю за инвестициями? Анни вспомнила, как ей было неловко в своем простом маленьком черном платье под взглядами Джила, и с каким вожделением он на нее смотрел. Она подумала, что ей следует выглядеть по-деловому. Ведь это старое бюрократическое заведение. Скорее всего, там будет душно. Они занимаются финансовыми проблемами, законами и правопорядками, и ей хотелось, чтобы ее восприняли всерьез. Ей нужно выглядеть не очень молодой и консервативной.
Она остановилась на стареньком классическом твидовом костюме от Шанель, бежевом с черным, единственном костюме от Шанель в ее гардеробе. Подобрав к нему шелковую бежевую блузку и бежевые с черным лодочки от Шанель, она подумала, не надеть ли ей черную шляпку с вуалькой-паутинкой, которую она надевала на похороны Синтии.
В лимузине по пути к Федерал-Плаза Анни обдумывала, что скажет. Она надеялась, что не растеряется, как в офисе Джила. «Надеюсь, он не какой-нибудь тупой бюрократ или коррумпированный ублюдок. Думаю, мы найдем с ним общий язык».
В здании на Федерал-Плаза оказалось не так просто найти нужного ей человека. Просторные холлы и современные офисы сменились лабиринтами маленьких коридоров и крошечными старомодными офисами подвального этажа с дверями из матированного стекла. В одном из таких офисов она наконец нашла Мигеля де Лос Сантоса.
Сердце ее екнуло при виде плакатов и лозунгов левого толка семидесятых годов, которые, неизвестно почему, до сих пор здесь висели. Но сам адвокат производил впечатление живого и довольно современного парня, поэтому она воздержалась от скоропалительных выводов. Он был высок, с черными волосами, как у Аарона, и оливковой кожей, с большими глубоко посаженными глазами на длинном и худом лице. К приходу Анни Мигель де Лос Сантос уже осушил пару стаканов виски. Он встал, рассматривая ее с головы до ног. На мгновение ей показалось, что что-то вспыхнуло и погасло в его глазах. Первой ее мыслью было то, что она чересчур разодета. Должно быть, это шляпа. И она пожалела, что надела ее.
– Я Мигель де Лос Сантос.
– Анни Парадиз. Означает ли Мигель де Лос Сантос «святой Михаил»?
– Если переводить очень приблизительно, – ответил он. – Итак, вы пришли поговорить о Джиле Гриффине.
– Да, вы его знаете?
– Кто же его не знает? – Мигель пожал плечами. – Конечно, я не знаком с ним лично, если вы это имели в виду. Полагаю, что вы знакомы с ним лично?
– Да. Это ужасный человек. – Анни опустила глаза и закусила губу. Разговор еще только начался, а она уже выдала себя чрезмерной эмоциональностью.
– Это и понятно. Не будь он таким жестоким, он никогда бы не стал тем, кто он есть сейчас, и не преуспел бы так быстро.
Голос господина де Лос Сантоса звучал снисходительно. Анни подумала: «Еще один сильный мира сего объясняет прописные истины глупой женщине. Если он такой умный, что же его офис находится ниже преисподней?»
