Она сделала все как надо: побрызгала анестетиком, быстро проколола похожим на пистолет агрегатом, протерла антисептиком и вдела пластиковое колечко. Но все с таким видом, словно я нанесла ей глубокое личное оскорбление.
Я понимала, что так будет и дальше. Нужно было поставить какой-то внутренний блок, чтобы не реагировать на подобные вещи остро. Даже если бы вдруг подстриглась, акцент все равно выдавал бы мое происхождение.
Помолвку мы отпраздновали в «Дайне», на один вечер закрыв ее для посторонних. Хотя принято было делать это в доме жениха, мы подумали, что квартира Йара не вместит всех, кого бы мы хотели увидеть. Да и клуб фактически стал для меня вторым домом. Приглашая гостей, я с удивлением поняла, что в прежней жизни список получился бы намного меньше. Людей, которые отнеслись ко мне по-доброму и чем-то помогли, оказалось достаточно, и это в какой-то степени сглаживало общее предубеждение против попаданцев.
Вечер прошел очень тепло и по всем канонам, за небольшим исключением. Когда Йар под одобрительные возгласы вдел мне в ухо серьгу, пить мерзкий муч из водяных ягод мы не стали, заменив его коктейлями моего производства. Хотя, пожалуй, кое-что торжество все-таки омрачило. Нас несколько раз спросили, почему мы устроили помолвку, не дождавшись разрешения на брак.
Что тут было ответить? Прошло больше двух недель с тех пор, как Йар подал запрос в службу порядка, которая, помимо прочего, осуществляла и функции наших загсов. Обычно для получения разрешения требовалось вдвое меньше времени.
— Если откажут, я просто уйду из этого проекта, — мрачно сказал Йар. — Ты важнее.
— Послушай, если это так важно, можно и подождать, — возразила я. — Главное, что ты этого действительно хочешь. И мы вместе.
За исключением этих досадных обстоятельств, все у нас шло прекрасно. И между нами, и у меня с клубом.
Проводить больше времени вдвоем мы не стали, потому что и раньше были постоянно вместе — разумеется, если не работали. Но теперь у этого был совсем другой привкус.
Не надо никуда уходить. Мой дом здесь. Мое место — рядом с мужчиной, который выбрал меня, точно так же, как я выбрала его.
Однако тот факт, что возможность нашего брака зависела от посторонних людей, вызывал двоякое чувство. Досаду и злость — само собой. С другой стороны, это вносило нотку парадоксальной успокоенности: мы не женаты только потому, что нам не дали разрешения, а вовсе не из-за нежелания Йара.
Конечно, какие-то трения у нас были. Ну не может обойтись без них, когда люди начинают жить вместе и только-только приспосабливаются, подстраиваются друг под друга. Какие-то моменты меня раздражали, наверняка и его тоже. Но я напоминала себе о том, что мы люди из разных миров, и было бы глупо оценивать Йара по привычным для меня меркам.
Что касается клуба, тут моя мечта исполнилась полностью, и в чем-то действительность даже превзошла ее. Как я и думала, для попаданцев это место стало культовым практически сразу. Они приходили по одиночке, парами, компаниями, чтобы приятно провести время среди своих. Для наших, с Земли, это было еще и напоминанием о доме, о тех барах и клубах, где они бывали когда-то.
Впрочем, и местных тоже хватало. Кто-то заглядывал из любопытства или за экзотикой, кому-то нравилась кухня и выпивка. Особенно радовало то, что никто никому не мешал, не было этого неприятного отчуждения и предвзятости.
Баланс, который постоянно вел Войтех, отчетливо говорил о стабильной прибыли. Разумеется, много уходило на налоги и возврат кредита, но и оставалось немало. Да, это был успех, хот\ я вовсе не собиралась останавливаться на достигнутом. И прекрасно понимала, что он вызовет зависть и желание напакостить. Однако не думала, что это случится так быстро и в такой странной форме. Видимо, недоброжелателям нужен был только повод.
В шоу-классе не меньше горящих я любила коктейли с сухим льдом, вроде «Ромула», «Завтрака с Дали» или «Барбары ти’панч». Струящийся из бокала туман выглядел не менее эффектно, чем языки пламени. Однако где добыть твердую углекислоту, я не знала и поэтому от идеи отказалась. И вспомнила снова, когда получила из технической мастерской две заказанные мороженицы. Были они небольшими и маломощными, несмотря на то, что жрали электричество, как свиньи хряпу, поэтому стоило лакомство на уровне золотых слитков.
Глядя, как лопатки месят ягодный сорбет, я вдруг вспомнила мороженое, которое закупала для оригинальной «Малинки». Его привозили в ящике с сухим льдом. И лед этот шел у меня в дело без остатка.
Вот если бы удалось добыть его здесь…
Я так и представила себе подсвеченную малиновым пирамиду из бокалов кипящего муча, окутанную стекающими волнами тумана. И пошла с вопросом к Йару.
Объяснить оказалось непросто, потому что химические термины в мой лексикон не входили. И ни словарей тебе, ни гугла. Пришлось использовать описания:
— Оно похоже на лед, но не из воды. Это замороженный газ. На воздухе испаряется с таким красивым туманом. Сразу без жидкости, из льда в пар.
