– Что такого в твоем амулете, раз он понадобился Коулу? Не могу этого понять, – задумчиво сказал он. Его пальцы отпустили украшение и легко коснулись бинтов на ее горле. – Надень какой-нибудь шарф, чтобы не пугать людей.
Только когда он отошел, Деметра смогла вздохнуть. У Дориана не было никакого представления о границах личного пространства. Никакого представления, отчего нельзя их постоянно нарушать.
Когда недолгие приготовления были завершены, они вышли на улицу. На шее Деметры болтался длинный голубой шарф из шелка – первый попавшийся под руку в комоде. Он странновато смотрелся с черным топом, джинсами и кедами, но ее это не волновало. Она выпила остатки зелья и на всякий случай положила склянку в карман.
Солнце сегодня было таким ярким, что резало глаза. Звуки музыки доносились из центра, с главной площади. День Основателей Хэксбриджа все-таки наступил, несмотря ни на что.
Нарядно одетые горожане двигались с ними в одном направлении, то и дело с удивлением оборачиваясь. Вот тебе и маскировка!.. Бледная темноволосая девушка в черном, с голубым шарфом и мрачного вида парень в кожаной куртке и высоких ботинках, должно быть, и в самом деле выглядели для простых людей подозрительно.
Деметра начала нервничать, постоянно оглядываясь по сторонам. Она боялась увидеть Коула среди толпы. Но вместо него заметила полицейских, следящих за порядком на празднике. Инспектора Сары Бэлл среди них не было.
– Не психуй. Здесь слишком много народа, – тихо сказал Дориан. – Мы почти пришли.
Они вышли на дорогу к главной площади. По правую сторону показался «Шеффердс Пай» с верандой, где Деми так любила отдыхать. Коул работал там официантом. С ним она познакомилась раньше всех в этом проклятом городе.
На главной сцене, установленной около ратуши, выступал Ричард Хаттон, произнося торжественную речь. Даже смерти в Ковене и гибель лучшего друга – графа Чарльза Далгарта, не могли отвлечь его от выполнения обязанностей мэра города. За его спиной возвышались обугленные стены взорванного архива, занавешенного белой сеткой и украшенного ленточками.
Два залпа разноцветных конфетти возвестили о том, что к площади приближался костюмированный парад. Жители Хэксбриджа, всех возрастов и профессий, примерившие на себя жутковатые маски, медленно шли неровной колонной по узким улочкам, от самой гавани до главной площади.
Деметра смотрела на них и чувствовала, как по ее коже пробегают мурашки. Две маленькие девочки, взявшись за руки, вышагивали в белоснежных платьицах, как миниатюрные копии Антуанетты. Чуть позади них какой-то парень важно стучал по мостовой тростью с набалдашником в виде ворона, а другой рукой придерживал на лице маску с холодными серыми глазами и точеными скулами. В толпе мелькали черные вороны, острые когти, накладные носы, похожие на клювы…
– Все они изображают день проклятия, – с тревогой проговорила Деми, глядя на Дориана. – Все они как будто бы знают…
– Идем, – твердо сказал охотник, ухватывая ее за локоть и прокладывая дорогу через толпу к переулку, где находилась лавка ведьмы.
Возле магазина было свободнее, но едва ли тише. Перекрывая даже музыку и шум толпы, громко скрипела старая вывеска с полустертым изображением какой-то птицы. «Хугин и Мунин, антиквариат и сувениры» – было написано на ней.
Не обращая внимания на занавешенные окна и табличку «Закрыто» на двери, Дориан дернул ручку на себя. Она не поддалась. Оглянувшись по сторонам, он прищурил глаза, и кольцо на его пальце сверкнуло фиолетовым светом.
Щелкнул замок, и они зашли внутрь.
– Думаешь, ее здесь нет? – спросила Деметра, прохаживаясь между рядами выставленного на продажу старья. Сквозь полумрак она чувствовала на себе взгляд Ортруны Рейвен с портрета, висевшего над книжным шкафом.
– О нет, дорогая, я тут, – раздался голос из глубины помещения. – Проходите.
Маргарет Гейбл сидела на своем обычном месте – в одном из кресел около кассы – и пила чай. Ее седые волосы были убраны в аккуратный пучок, на запястьях бряцали многочисленные браслеты. Женщина была одета в одно из своих длинных старомодных платьев, а на ее плечах покоилась любимая цветастая шаль.
– Только собиралась идти на праздник, как почувствовала ваше приближение, – сказала она с легкой улыбкой.
– Тогда могли бы открыть дверь, а не вынуждать меня применять магию, – резко проговорил Дориан. – Из-за этого нас могут обнаружить.
– Мальчишка… Здесь вам ничего не угрожает, – насмешливо проговорила она. – Мою лавку охраняют сильные чары. Пойдемте.
Ведьма пошла в заднюю комнату, и им не оставалось ничего другого, кроме как отправиться следом. Деми отметила, что в поведении старьевщицы что-то изменилось. Она больше не выглядела добродушной тетушкой… Стало не по себе.
– Миссис Гейбл, нам очень нужен «Напиток другого лица», – торопливо сказала Деметра. – Вы наверняка знаете, как его готовить.
Они следовали по коридору мимо закрытых комнат. Лавка была куда больше, чем казалась снаружи.
– Знаю, – сказала женщина, остановившись перед одной из многочисленных дверей. – Но снадобье вам больше не понадобится. Прошу.
