Деметра отчаянно визжала, захлебываясь слезами и страхом. Ей было больно и противно. Она молотила женщину ножками в аккуратных туфлях, но почти не наносила вреда. Почему никто не придет на помощь? В библиотеке как будто не осталось людей…
Похитительница довольно засмеялась скрипучим, каркающим смехом. Ее тень, падающая от одной из ламп, расползалась в стороны, заполняя пространство вокруг черным осязаемым туманом. Губы женщины беспорядочно двигались, произнося неизвестные, неприятные на слух слова. Они резали уши, путали мысли…
Чужой женский визг прорезал пугающую тьму. Послышались топот шагов, звуки ударов, и вдруг все закончилось.
Деметра очнулась на красной ковровой дорожке. Ее волосы разметались по полу, а перед глазами кружились своды светлого арочного потолка. Подходили испуганные люди, где-то вдалеке завывала сирена скорой помощи.
В горле першило. Закашлявшись, Деметра поморщилась и с трудом открыла глаза, отгоняя не вовремя вернувшиеся детские воспоминания.
В реальности она сидела на холодном каменном полу, прислонившись спиной к стене. Вокруг стоял полумрак, и только единственная лампочка под потолком освещала маленькую пустую камеру. Массивная деревянная дверь с забранным решеткой оконцем была закрыта.
Темница под Далгарт-холлом… Вот, должно быть, куда затащил ее этот убийца. Молодой лорд Далгарт и девушка из особняка Вайерд. История словно бы повторялась… Возможно, именно здесь графиня Ортруна мучила своих жертв, а следом за ней и ее сыновья. И дети их сыновей. Целый род садистов и убийц процветал в маленьком неприметном городке.
Деметра ощущала сильную слабость и ломоту во всем теле. С трудом удерживая тяжелую голову, она попробовала оценить обстановку.
Ее безвольно лежавшие руки удерживало внизу что-то тяжелое. Повернувшись, чтобы посмотреть, Деми задрожала, а дыхание ее стало частым и прерывистым. Крупные ржавые звенья цепи соединяли массивные оковы на запястьях со специальными кольцами на стенах. А вены на руках были разрезаны вертикально. Кровь из них стекала в специально подставленные широкие чаши.
– Псих… Гребаный псих… – прошептала она одними губами, стараясь держаться и не плакать.
Она совсем не чувствовала боли, только слабость и ужас, заполняющие все ее сознание. И совсем не могла пошевелиться.
В замке завозился ключ. С невозмутимым видом в камере показался Дориан, одетый в черные джинсы и кожаную куртку. В его руке была ополовиненная бутылка виски. Закрыв за собой дверь, парень вздохнул, сел на пол напротив Деми и отпил еще один глоток.
Он был сильно пьян. Деметра поняла это, едва увидев остекленевшие глаза, не выражающие ничего, ни одной эмоции. Глаза убийцы. Глаза ненормального.
Поджав губы, Дориан смотрел на пленницу так спокойно и равнодушно, будто она была экспонатом в музее. На его лбу, чуть прикрытом растрепавшимися волосами, крошечные капельки пота блестели в свете лампы. Высокие скулы тронул едва заметный румянец.
– Она могла бы литься побыстрее, – вдруг нахмурился парень. – Ты не находишь?
– Для чего тебе моя кровь, для ритуала? – только и смогла спросить Деми.
– О, так ты все-таки знаешь о нас, – усмехнулся Дориан. – Я почему-то был уверен, что ты особенный светлячок. Не зря ведь охотился за тобой аж четыре дня. Но, кажется, ошибся. Такие особенные в последнее время встречаются все чаще и чаще. Вот только они редко доживают даже до пяти лет. А ты продержалась аж почти до самого совершеннолетия… и оказалась самой обычной.
– Ты убьешь меня? – сбиваясь на шепот, спросила Деметра.
– Ну разумеется, я тебя убью, – сказал Дориан. – Разве может быть иначе?
Ужас пронизывал насквозь, но какая-то часть ее еще надеялась, что это чудовищный розыгрыш. Несмотря на алкогольное опьянение, Дориан выглядел нормальным человеком. Если бы Деми встретила его на улице, она бы увидела лишь красивого парня и даже не подумала, что…
– Такова ваша незавидная доля в нашем жестоком мире, – добавил парень, глядя в пустоту и делая очередной глоток виски. Дориан продолжал размышлять вслух, словно бы не замечая ни страха жертвы, ни ее душевных терзаний. – Быть для нас источниками светлой магии. Она ведь незаменима для целебных снадобий, для охранных чар, для снятия темных сглазов и многого другого. Без нее нам просто не выжить.
– Но почему… – начала было Деметра, но замолчала, когда к горлу подкатила тошнота. Она не понимала ничего из того, о чем он говорил.
– Сегодня днем отец вычеркнул меня из завещания. Лишил наследства. И все из-за того, что я слишком долго тянул с выполнением этого задания, по его мнению… – продолжал Дориан, усмехаясь самому себе. – Ну а ты станешь ключом к возвращению моего наследства. Таким вполне себе симпатичным, подходящим ключиком. Я бы предложил тебе выпить за это, но алкоголь слишком быстро проникает в кровь. От этого ее магические свойства слегка ухудшаются. Так что не удивляйся тому, что я праздную в одиночестве.
