– Ах да, я забыл про твои ноги, – проговорил Дик. – Значит, надо идти медленнее. Я бы так не спешил, если бы знал, где мы сейчас находимся. Но я совершенно сбился с пути. Хотя, может быть, оно и к лучшему. Они там следят за переправой и за дорогой. Эх, вот бы сюда сэра Дэниэла и человек сорок воинов, они бы этих разбойников вымели из этого леса, как ветер листья. Но идем, Джек. Обопрись на мое плечо, нытик несчастный. Нет, не получится, росту у тебя маловато. Черт возьми, сколько тебе лет вообще? Двенадцать?
– Нет, шестнадцать, – ответил Мэтчем.
– Совсем ты какой-то маленький для такого возраста, – заметил Дик. – Ладно, бери меня за руку. Пойдем медленно, не бойся. Я ведь тебе обязан жизнью, и я не забываю своих долгов, Джек. Ни хороших, ни плохих.
Они начали взбираться вверх по склону.
– Рано или поздно выйдем на дорогу, – продолжал Дик. – Там будет попроще. Какая у тебя рука слабая! Если б у меня такая рука была, мне бы стыдно было. А знаешь, – неожиданно рассмеявшись, продолжил он. – Бьюсь об заклад, перевозчик Хью принял тебя за девчонку.
– Что за вздор! – воскликнул его спутник, заливаясь краской.
– Это точно! – настаивал Дик. – Да и что тут удивляться? Ты больше похож на девушку, чем на мужчину. Я тебе еще больше скажу: ты и для мальчишки какой-то непонятный, а вот девчонка из тебя, Джек, вышла бы славная, ей-ей. От женихов отбоя бы не было.
– Но ты-то знаешь, что я не девчонка? – произнес Мэтчем.
– Конечно, знаю. Я просто пошутил, – ответил Дик. – Но не горюй, Джек. Ты скоро превратишься в настоящего мужчину. И рука окрепнет. Вот интересно, Джек, кого из нас с тобой первым в рыцари посвятят? Я собираюсь или стать настоящим рыцарем, или умереть. «Сэр Ричард Шелтон, рыцарь!» – хорошо звучит, правда? «Сэр Джон Мэтчем» – тоже неплохо.
– Пожалуйста, Дик, давай остановимся ненадолго. Я очень пить хочу, – жалобно произнес его спутник и кивнул на чистый ручеек, который, пробиваясь из склона, струился в небольшую, размером с карман, песчаную ямку. – О Дик, сейчас бы еще поесть чего-нибудь! У меня прямо сердце заходится от голода.
– Ты что же, глупый, не поел в Кэттли? – удивился Дик.
– Я дал обет поститься… Меня втянули в грех, и мне пришлось… – пролепетал Мэтчем. – Сейчас бы хоть черствую корочку хлеба, я бы ее с удовольствием съел.
– Ну, тогда садись и ешь, – сказал Дик. – А я пока схожу на разведку вперед, может, дорогу найду. – Он достал из висевшей на поясе сумки ломоть хлеба и несколько кусков вяленой свинины. Когда Мэтчем с аппетитом принялся за угощение, Дик стал пробираться дальше между деревьев.
Впереди был небольшой овражек, в котором посреди сухих листьев струилась крошечная речушка, за ним снова шли деревья, но уже не так густо, и здесь росли не ивы и вязы, а дубы и буки. Непрекращающиеся шелест листьев и шорох ветра скрывали его шаги. Как безлунная ночь скрадывает очертания предметов, так и шуршание это приглушало негромкие звуки, и все равно Дик, скользя от одного толстого ствола к другому, старался идти как можно тише и зорко смотрел по сторонам. Неожиданно прямо перед ним из подлеска выскочила лань и тенью скрылась среди деревьев. Он остановился, огорченный. Эта часть леса была явно безлюдна, но теперь это маленькое животное, точно посланный им глашатай, может разнести весть о его появлении и выдать его. Поэтому Дик решил не идти дальше, а свернул к ближайшему высокому дереву и стал быстро карабкаться вверх по его стволу.
Удача была на его стороне. Дуб, на который он забрался, оказался одним из самых высоких в лесу. Он был выше своих соседей на целых полтора фатома[16], и, когда Дик умостился на развилке под самой верхушкой, раскачивавшейся от сильного ветра, он увидел с одной стороны всю болотистую равнину до самой Кэттли, вьющуюся среди поросших ивами островков Тилль, а с другой – белую змейку бегущей через лес дороги. Лодку уже перевернули, но она все еще плыла к переправе. Кроме нее, никаких признаков присутствия в лесу человека заметно не было, и только ветер шумел в ветвях. Дик уже хотел спускаться, когда, в последний раз бросив широкий взгляд вокруг, вдруг заметил посреди болота цепочку движущихся точек. Явно, это шел по тропинке какой-то отряд, притом шел довольно быстро. Это ему не понравилось, и он, быстро спустившись по стволу, поспешил к своему спутнику.
Мэтчем хорошо отдохнул и набрался сил, и оба юноши, подгоняемые известием, принесенным Диком, поспешно выбрались из чащи, благополучно пересекли дорогу и начали подниматься по высокому кряжу Танстоллского леса. Здесь высокие деревья росли небольшими рощами, зажатыми между песчаными лужайками, поросшими кое-где вереском и старым тисом. Земля становилась все более неровной, вокруг были сплошные лощины и пригорки. И с каждым шагом наверх ветер дул все сильнее, заставляя деревья гнуться, как удочки.
