– Мастер Шелтон, – ответил Хью, – я не осмелюсь вас везти дальше, и это я не о себе, а о вас пекусь. Он ведь с переправы глаз не спускает и лук наготове держит. Всех сторонников сэра Дэниэла он стреляет, как кроликов. Я слыхал, что он поклялся на распятии, что не пропустит никого. Если б я не знал вас так давно… еще с тех времен, когда вы не были таким высоким и статным… я бы не повез вас. Но по старой памяти, да еще потому, что с вами такая вот кукла, не созданная ни для ран, ни побед, я и рискнул своими бедными ушами. Клянусь спасением своей души, я больше ничего не могу для вас сделать.
Не успел Хью, который сидел, низко склонившись над веслами, договорить, как из ив на острове раздался громкий крик и послышались звуки, как будто через заросли быстро пробирается кто-то большой и сильный.
– Чума на его голову! – воскликнул Хью. – Он все это время на верхнем острове был! – Перевозчик быстро стал грести к берегу. – Угрожайте мне арбалетом, добрый Дик! Цельтесь в меня так, чтобы это видно было, – добавил он. – Я попытался спасти ваши головы, спасите и вы мою!
Лодка с громким треском вплыла в густой ивняк. Мэтчем, побледневший, но с решительным лицом по сигналу Дика пробежал по скамейкам лодки и спрыгнул на берег, Дик, взяв под уздцы коня, хотел последовать за ним, но и сам он, и большое животное застряли в ветках. Конь ржал и тяжело топтался на месте, а лодка раскачивалась из стороны в сторону, так и норовя перевернуться.
– Не получится, Хью! Здесь на берег не выйти, – крикнул Дик, продолжая бороться с густыми ветками и испуганным животным.
На берегу острова показался высокий человек с длинным луком в руках. Хью заметил краем глаза, как этот раскрасневшийся от бега человек с усилием натянул тетиву.
– Кто идет? – крикнул он. – Хью, кто там у тебя?
– Мастер Шелтон, Джон, – ответил перевозчик.
– Остановись, Дик Шелтон! – приказал человек с болот. – Клянусь распятием, я тебя не трону. Стой! Перевозчик Хью, греби назад.
Дик ответил ему насмешкой.
– Раз так, пойдешь пешком, – ответил незнакомец и отпустил тетиву.
Конь, сраженный стрелой, взвился от боли и ужаса, лодка перевернулась, и в следующий миг все они уже барахтались в воде, борясь с течением.
Когда Дик вынырнул, его отнесло на ярд от берега, и не успел он прочистить глаза, как рука его нашла какую-то твердую опору, которая тут же потянула его вперед. Это был хлыст, который бросил ему Мэтчем с нависающей над водой ивы.
– Черт возьми! – воскликнул Дик, выбираясь на берег. – Ты спас мне жизнь! Я плаваю, как пушечное ядро. – Он быстро обернулся в сторону острова.
Посередине реки плыл рядом с опрокинутой лодкой перевозчик Хью, а Болотный Джон, недовольный тем, к чему привел его выстрел, махал руками и кричал ему, чтобы тот скорее плыл к острову.
– Скорее, Джек![15] – тревожно воскликнул Шелтон. – Бежим! Пока Хью доплывет до острова, пока они перевернут лодку, мы будем уже далеко.
И, подкрепив слова своим примером, он бросился бежать, продираясь сквозь ивняк и перепрыгивая с кочки на кочку. Времени на то, чтобы подумать, в какую сторону нужно бежать, у них не было, поэтому он бежал без оглядки прямо, подальше от реки. Однако вскоре земля начала подниматься вверх, и это указало ему на то, что он по-прежнему держался нужного направления, и они выбежали на сухую твердую почву. Болота остались позади, и теперь среди ив стали попадаться вязы.
Но тут Мэтчем, который к этому времени уже сильно отстал, обессиленно рухнул на землю.
– Брось меня, Дик! – задыхаясь, крикнул он. – Я больше не могу.
Дик оглянулся и вернулся к своему спутнику.
– Оставить тебя здесь, Джек? – воскликнул он. – Ну уж нет! Хорош бы я был! Ведь ты, когда вытаскивал меня из воды, не побоялся стрелы! Да ты и утонуть мог запросто, потому что одни святые знают, как получилось, что я не стащил тебя за собой в воду, когда ты меня хлыстом вытаскивал!
– Нет, добрый Дик, – возразил Мэтчем. – Если бы я упал, я бы спас нас обоих, я умею плавать.
– Ты умеешь плавать? – удивленно воскликнул Дик. Плавание было единственной мужской доблестью, которой он не овладел. Из тех достижений, о которых он мечтал больше всего, умение плавать занимало второе место после умения убить врага в честном поединке. – Что ж, будет мне урок, – сказал он. – Никого нельзя недооценивать. Я обещал заботиться о тебе по пути в Холивуд, но, клянусь распятием, выходит, что это ты, Джек, заботишься обо мне.
– Значит, теперь мы друзья, Дик, – сказал Мэтчем.
– А я никогда и не был тебе врагом, – заметил Дик. – Ты хоть и мал еще, но по-своему храбрый парень. Никогда еще таких, как ты, не встречал. Ну давай, отдышись немного и бежим дальше. Не время сейчас для бесед.
– У меня ужасно болят ноги, – проныл Мэтчем.
