И не поспоришь. И протухнет, и провоняет. Я стиснула зубы и решительно выскочила из машины. Лучше уж явиться в логово к вампиру сейчас. Не откладывай на завтра то, что можно сделать послезавтра, так? Обычно я так и поступаю. Я до последнего не плачу за телефон, мои квитанции в жутком беспорядке, а экзаменационные билеты я учу где-то за сутки до экзамена. Но с вампирами так поступать нельзя. Чем дольше ты будешь откладывать визит, тем злее они будут. А разозленный вампир — зрелище для сильных духом. Я могу себе это позволить. И Мечислав меня не убьет. Но гадостей он придумает столько, что мне и не снилось. В общем, не провоцируй — и не получишь по ушам. Соблюдайте технику безопасности при общении с вампирами. В институте нам преподают, как правильно надевать противогаз и куда бежать, в случае пожара или террористов. А зря. Иногда мне кажется, что «основы безопасности жизнедеятельности» следует заме-нить на «основы психологии общения». Пользы будет гораздо больше.
Надо идти на разнос.
* * *Шпион смотрел в темное небо и улыбался. Ему было хорошо и легко. Все прошло так, как он и предполагал. Никому и в голову не пришло заподозрить — его. Втереться этим лохам в доверие оказалось до смешного просто. Пара жалостливых историй, краси-вый рассказ о своих страданиях — и все. Все его жалеют и готовы сделать все, только бы ему было удобно. Что ж, шпион готов был этим воспользоваться.
И в первую очередь — для уничтожения — или хотя бы унижения этой заносчивой гадины Леоверенской! Такие, как Юля, всегда раздражали шпиона. Бесили. Вызывали ярость. Хотелось просто рвать таких мерзавок на части голыми руками.
За что?!
Да за все!
За силу, которая ей не была нужна!
За власть, которой Юля и не думала пользоваться!!
За Мечислава, который угрем вился вокруг этой гадины!!!
За то, что у шпиона этого не было. Никогда. И даже не будет.
И глядя в ночное небо, шпион посылал проклятия богам, которые создали его — слабым. Не таким сильным, как эта сучка Леоверенская с вечно задранным носом. О, если бы у него была хотя бы пятая часть ее силы!
Он смог бы занять подобающее ему положение. И даже его имя произносили бы с подобающим благоговением. Никто не смел бы ему тыкать. Или подсмеиваться.
Шпион ненавидел, когда над ним смеялись. Даже невинные дружеские шутки вызывали у него приступ ярости. С самого детства. О, он хорошо это скрывал. Но каждая улыбка вызывала в его душе всплеск ярости.
Какое-то время назад шпион был почти счастлив. Ему казалось, что — вот. Его за-метили. Поняли, что он не такой, как все остальные. И наконец-то он займет причитающееся ему место. И сможет отомстить всем своим врагам.
Но — нет. Не дано.
Оказалось, что есть кто-то и сильнее. Увы.
Но не стоит унывать.
Если все пройдет удачно, он получит не просто деньги. Он получит власть. Власть над жизнью и смертью людей. И сможет ее удержать. Ему обещали всяческую поддержку. И он будет послушно служить своему господину.
При мысли о Господине по телу шпиона пробежала дрожь.
