— Елизавета Фёдоровна в не праздности. Правда, сама пока об этом не знает, я это просто чувствую своим… ээм… пусть будет, даром. Знаешь ли, потомство мотивирует, — сказал и вроде как смущённо отвел свой взгляд от него. Решив как бы бросить ему «кость», завёрнутую в намёк и полуправду. А то боюсь, он мне ни капли не поверит и будет по множеству раз проверять. Хотя понятно, что и так будет это делать, но ему, по крайней мере, будет понятен один из моих мотивов.
— Ого! Вот, значит, как! — притворно оживился этот хитрец. — Значит, ты и себя... смог вылечить? Замечательно! — произнёс он радостно и потёр руки. — А вот за это мы выпьем коньячку! И не отнекивайся, я знаю, что ты не употребляешь. Но повод! И какой! Меня подлечил, себя... вылечил! Наследника сделал, ведь мальчишку же, а?! Не знаешь? Ну и ладно! — он в воодушевлении встал и всячески стал показывать, что доволен и радостен, такой, знаете ли, гигант в дорогом халате.
Вот только взгляд подкачал, холодный и оценивающий. Но я не стал ломать ему игру и, конечно, согласился, перед этим чуть поломавшись для порядка.
— Котов! — заорал этот человек-гора. — Котов, солдатская вошь! Где мой коньяк?! — орал он со вкусом и душевно; у Александра был глубокий бас, и его голос чувствовался даже позвоночником.
— Уже несу! — раздался писклявый голос из-за двери. — Несу, несу, Ваше Императорское Величество!
Дверь в императорский кабинет открылась, и в неё задом проскользнул лакей с подносом. Прямо на столе он начал сооружать натюрморт из коньяка и закуски.
«И что местным постоянно так хочется напиться? Или он хочет меня подпоить? Ну-ну».
Мария Фёдоровна сидела у кровати императора и слушала.
Она слушала Его. Прислушиваясь к самому биению жизни своего супруга. Этого недотепы и грубияна, огромного русского медведя, который рядом с ней становился почти человеком.
А сейчас её супруг и Император, тот, которому она посвятила всю себя, которому она родила и воспитала прекрасных царевичей и царевен, спал беспробудным пьяным сном.
Она любила его, и что кто ни говорил бы, никогда даже подумать не могла об адюльтере, хотя, конечно, были и очень красивые, и соблазнительные варианты… Но нет. Она всегда хранила себя для этого громадного и очень доброго к ней русского медведя. Всегда восторгалась и одновременно боялась их совместных постельных переживаний.
И вот сейчас, слушая дыхание мужа, на неё нахлынули воспоминания…
Детство её проходило скромно и сдержано, а когда их семья стала вдруг королевской семьёй, в их жизни, её братьев и сестёр, да и самой Дагмар особо ничего не изменилось. Только прибавилось учёбы. Но когда это произошло сама юная принцесса не заметила в силу своего малого возраста.
Отец её, король Дании, Кристиан девятый того имени, был человек простой, и с семьёй особо не общался. Так что круг общения его детей обходился без его внимания.
Воспитанием, да и вообще всем что касалось семьи занималась Королева Луи́за Вильгельми́на Фредери́ка Кароли́на Авгу́ста Ю́лия Ге́ссен-Кассе́ль-Румпенхайм, она была достаточно нелюдима и домоседлива. Ей не доставляли особого удовольствия торжественные выезды и праздничные балы, не то что-бы она не любила подобного рода торжества. Просто не смотря на монаршее положение, средств в казни, было мало, а брать кредиты на модные туалеты, чтоб одеть их один раз, на её взгляд было глупо.
Да и мужа любила, так что заводить любовника ей не хотелось
И она вся отдалась своей семье. При этом она всячески способствовала образованию своих детей. Приглашая профессоров и музыкантов, балетмейстеров и гимнастов, известных писателей и журналистов.
Тем самым способствуя разностороннему развитию своим деткам.
Дагмара росла весёлой и очень подвижной девочкой, именно для неё мама и выписала учителя гимнастики. Обязательные уроки танцев никак не могли удовлетворить и насытить движеньями маленькую принцессу.
И, по словам старшего брата Карла, именно гимнастика стала «спасением от разрушения нашего Дворца».
А юная принцесса с радостью отдавалась новому приключению! Мастер Джуль, как он просил себя называть был известным гимнастом французского цирка, был вынужден оставить арену из-за сильной травмы. Но он не только помогал физическому развитию принцев и принцесс, но и ещё был неисчерпаемым источником многочисленных увлекательнейших историй!
Но самое большое впечатление на её мир фантазий произвел Ганс Христиа́н А́ндерсен. Его часто приглашали читать свои сказки детям монарха Дании.
Что это были за вечера! Андерсен читал так прочуственно, что и нельзя было представить!
На эти чтения собиралось всё семейство и рассевшись по диванчикам и креслам, слушали с замиранием сердца о страшном и прекрасном волшебстве, что что рождал в своих рассказах автор сказок.
Память об этих вечерах Минни, так звали маленькую Дагмар, пронесла через всю свою долгую жизнь.
После этих волшебных историй она стала ждать, когда к ней придёт её Принц. Она стала ещё более усердно изучать иностранные языки и остальные науки. Она даже упросила маму, чтоб разрешили ей научится готовить пищу.
И вот он пришёл.
