— О чём ты говоришь? Не пойму я слов твоих! — Юноша шагнул вперёд, усаживаясь на скамью возле стола.
— Где ты был, Антон? Почто ничего не знаешь? — Строк примирительно положил ладонь на сгиб руки Антона.
— Я стариков и детей вверх по реке в схроны тайные отправлял, крепость к обороне готовил, людей сражаться учил.
— Зря всё это, паря! Бежать отсель надобно. Не сможет устоять Холм супротив викингов! — Строк сокрушённо покачал головой.
— Да сказывайте вы толком! В крепости ни от кого ничего узнать нельзя, а теперь и вы туда же!
— Ну а твой друг, Кагель, спросил бы у него! — не удержался от ехидства Варг.
— Потому я здесь, что посадник говорить со мной не желает, всё на советах воинских сидит, думу с воеводами своими думает.
— А тебя почто не зовут на советы те, о том не мыслил? — Строк как-то странно посмотрел на юношу.
— Теперь и ты загадками говорить стал. Что же вы все от меня утаиваете? То, видать, посадника касаемо?
— Да… натворил дел друг твой Кагель! Страшно даже о том подумать! — Варг снова криво усмехнулся. — А знаешь, кто командовал приплывшими на Вину викингами? Кто первым войну начал?
— Ты, Варг, или рассказывай всё, или не говори ничего! — Антон начал терять терпение.
— Давай-ка лучше я тебе сам о нонешней войне поведаю, — вступил в разговор Строк. Он откашлялся и начал говорить: — Наши люди знают всё. Так вот, они сказывают, что на самой большой лодье викингов видели твоего отца, князя Эйнара! И женщину. А кроме твоей матери, княжны Мэвы, я думаю, там быть некому!
— Продолжай! — выдохнул Антон.
— Охотники Кагеля на быстрых лодках напали на них, изрядно постреляли из луков и заманили викингов в бухту у чёрной сосны. Драккары чужеземцев пристали к берегу, и воины высадились на берег. Их было много. Они не сомневались, что всё живое в страхе уже разбежалось подальше от берега, а потому даже не удосужились выслать в лес передовые отряды. И за это поплатились! Вдоль всей лесной опушки Кагель расставил лучников, и они засыпали пришельцев стрелами. Урон врагам нанесли большой. Но, как только те сумели организовать оборону, стрелки отступили далеко в лес. Чужеземцы не рискнули их преследовать. Только один отряд викингов, которым командовал человек-гора, бросился за ними вдоль берега в обход. — Строк остановился, переводя дыхание.
— Это я знаю! — Антон раздражённо передёрнул плечами. — Мне пришлось сразиться с тем великаном! Он сильнее и быстрее меня. Не подозревал, что у данов есть такие великие воины. Если бы он захотел, то легко убил бы меня!
— Неужто нашего викинга кто-то смог побить? — хохотнул Варг.
— Почему хочешь обидеть и унизить меня? Чем я тебе так досадил, Варг?
— Прекратите вы эти детские глупости! — не выдержал Строк. — Не на то силушку свою тратите! Знаешь ли ты, Антон, что тогда произошло на берегу?
— Да откуда? Меня тогда великан так по голове мечом хватил, что я долго оклематься не мог.
— Лучники убили твоего отца, князя Эйнара! — почти шёпотом произнёс Строк.
— Что?! — Антон в ярости вскочил на ноги и машинально схватился за рукояти мечей, выглядывающих из-за спины, лицо его налилось кровью, желваки на скулах вздулись.
— Остановись, викинг! Здесь нет врагов! — во всю мощь своего голоса прокричал Строк, хватая юношу за плечи.
Взгляд Антона, постепенно становясь осмысленным, сосредоточился на старике, руки опустились вниз.
— Ты не ошибаешься? — с трудом выговорил он.
Ответом ему было молчание.
Молодой викинг опустился на скамью, поставил локти на стол и обхватил голову ладонями.
— Мне кажется, горожане вынуждены были напасть на дружину твоего отца, — медленно и задумчиво заговорил Строк. — Они ведь посчитали, что к нам снова пожаловали враги. Не понимаю только, почему ярл Эйнар не выслал наперёд людей с известием о своём прибытии на Вину. В чём тому причина? И как могло быть такое, что посадник, его воевода и начальные люди не узнали ярла? А Мэва… Почему и её никто не узнал, ведь она была единственной женщиной в войске викингов, всегда находилась рядом со своим мужем… Неужто соглядатаи Кагеля не смогли отличить женщину от мужчины?
— И что же мне теперь делать? — словно не расслышав слов старика, тихо произнёс Антон.
— Ты только не горячись, паря, а то глупостей таких натворишь, что потом исправить нельзя будет. Думай шибко, прежде чем сделать что-то! — в голосе Строка слышались резкие и жёсткие интонации. — Ежели уведёшь из Холма и посадов своих викингов к соплеменникам и захочешь мстить Кагелю за смерть отца, то сможет ли рука с оружием подняться на друзей, что у тебя здесь появились? А кое у кого из твоих воинов даже и семьи новые завелись. Ну и, я мыслю, супротив приплывших родичей-викингов ты тоже не пойдёшь! Прав я али как?
— Как же мне теперь быть, Строк? — юноша поднял голову и пристально посмотрел в глаза старику.
— Тебе придётся принять трудное решение и занять чью-то сторону.
— Ты стар и мудр, посоветуй что-нибудь!
