– Монастырь, – быстро работая челюстями, рассказывал полоцкий сотник, сидя у костра, – Непонятно, как эти косоглазые степняки не смогли углядеть его золотые кресты. Да, стоит укромно, но если забраться повыше, хорошо видно.
– Далеко? – деловито поинтересовался Рёнгвальд.
– Если сейчас выйдем, к полуночи будем на месте, – ответил Турбьёрн, запивая пресную лепёшку дорогим ромейским вином, – Там высокие холмы, просто так не подобраться. Не наши фьорды, но близко. Дорога одна, и со стен хорошо просматривается. Стены в три человеческих роста, с наскока не взять. Мой отрок Смышлён насчитал десятка три стражников, в шлемах и с копьями.
– Что делаем, ярл? – азартно спросил Торвальд.
– Бьём, – не раздумывая ответил Рёнгвальд, – Собирайтесь! Выступаем немедля!
– Господи, милостив буди мне грешной, – усердно молилась Кассия, часто отбивая земные поклоны в стенах маленькой кельнской часовни.
Девушка Кассия Александрина, молодая, красивая, высокообразованная аристократка, получившая лучшее образование в мире, которые только могло быть. Способная магесса огненного круга, она не раз путешествовала по обширным землям империи, обучаясь новым искусствам.
Пару лет назад, увлёкшись зельеварением, ромейка, не лишённая связей и обладающая приличным наследством, переехала в дальний провинциальный монастырь. Здесь, под руководством опытного зельевара, настоятеля монастыря отца Герасима, седовласого, умудрённого годами старца, аристократка оттачивала своё мастерство.
И у неё получалось. Боевые отвары и лекарские зелья, выходившие из рук юной колдуньи, давали отличные эффекты и пользовались немалым уважением в столице. Клеймо в виде пылающего огонька, которые девица лично проставляла на каждой склянке, обеспечивала подлинность товара.
Вторжение варваров-тавроскифов застало девушку во время феноменального прорыва. Кассия последние месяцы усердно трудилась над легендарным магическим отваром, способным пробуждать дар в теле обычного человека. В случае успеха девушка навечно вписала бы своё имя в историю империи. И вот, казалось, что успех рядом. Остался последний шаг.
– Я не поеду, – ответила Кассия, когда отец-настоятель, узнав о вторжении, предложил ей покинуть монастырь, – Как вы не понимаете? Я почти закончила исследования! Исследования, которое перевернёт всю мою жизнь и вернёт империи её былое могущество! Я остаюсь!
– Но госпожа, одумайтесь! Что сделают с вами варвары? – попробовал возразить отец Герасим,
– Я остаюсь! – зелёные глаза магессы вспыхнули, непослушные кудрявые рыжие волосы вздыбились, как у дикой кошки.
Отец Герасим лишь тяжело вздохнул. Он сам, и ещё несколько монахов, также остались в обители.
Варваров юная аристократка, как и многие другие граждане империи, приняла как посланную истинным Богом кару за грехи народа. Два дня назад, когда скифские корабли только шли к Босфору, она, подобно тысячам таких же истинно верующих людей, всю ночь и следующий день простояла на холодном каменном полу, прося Бога даровать имперским воинам победу.
Весь о разгроме россов в маленьком горном монастыре встречали радостно. Сердце молодой магессы пело, а душа ликовала. Бог услышал её молитвы, и не дал варварам покорить город императоров. Девушка продолжала исследования. До всемирного открытия оставались считанные дни.
Вот Кассия закончила ночную молитву и встала. Поправила длинную рыжую прядь непослушных волос, убрала её под головной убор и вышла из кельи. Ночь была необычно тихой. На небе ярко светила полная луна, горели звезды. Тёплый южный ветер с Эвксинского понта приятно обдувал лицо.
Чуть вдалеке, у крепостной стены, на забороле, чуть слышно переговаривались стражники. Двое на стене, один на башне. Ещё двое у ворот.
«Всё спокойно», – подумала про себя Кассия, присаживаясь отдохнуть на придорожную скамью во внутреннем дворе.
Вдруг в монастырскую калитку кто-то настойчиво постучал. Стук, громкий, требовательный, властный, эхом разлетелся по внутреннему двору. Сердце Кассии испуганно сжалось.
Один из стоявших рядом с калиткой воинов вынул из крепежа факел, подошёл ближе, что-то негромко спросил. Из-за калитки тому грубо ответили. Охранник переглянулся со своим товарищем. Тот неуверенно пожал плечами. Грубый голос повторился.
Охранник тяжело вздохнул, достал из кармана ключ, вставил в скважину, с хрустом провернул, приоткрыл дверь. И тут же, коротко вскрикнув, повалился на земь, с выросшей из глазницей стрелой.
Во тьме дважды гнусаво рявкнул рог. Кассия вздрогнула, вскочила. В открытую калитку один за другим вбегали воины. Чужие. Варвары. Скифы. Много! Одни тут же бросились отворять ворота, другие побежали по стенам, на ходу рубя ничего не понимающих стражников.
– Чужие! К оружию! – завопил в ночной тишине дозорный на башне, и тут же его крик перешёл на бульканье, а потом резко оборвался.
– Господь Всемогущий, помоги мне! – закричала Кассия, формируя в руках огненный шар. Сильная магесса, в прошлом немало времени уделявшая развитию своего дара, она одна стоила десятка простых неодаренных стражников.
