Я оглянулся назад запоминая пути отхода и расположение зданий. Затем повернулся к Ларе, и она кивнула мне в ответ. В голову полезли непрошенные мысли…
Это были слова из «Ада» Данте, начертанные над вратами преисподней.
Забавно, как разум цепляется за литературные ассоциации даже в моменты смертельной опасности. Но параллель была слишком очевидной, чтобы ее игнорировать.
Костер как врата, подземные туннели как круги ада, а где-то в глубине — чудовища, пожирающие невинных. Только в отличие от Данте, у меня не было Вергилия в качестве проводника. Зато был меч и решимость превратить каждого встреченного там ублюдка в труп.
Опустил голову и прикрыл лицо руками, — ринулся вперед.
Жар был невообразимым. Разум начал погружаться в примитивную панику, которая кричала мне убираться отсюда к чертям собачьим, но я продолжал давить ее в зародыше.
Как только началось погружение под землю, волна пламени окутала меня. Я бросился вперед, пролетая сквозь жар и врезаясь в ряд грубых глиняных ступеней, которые высохли до каменной корки.
Тяжело приземлился в туннеле, ушибив руки и грудь. Не более чем секунду спустя рядом со мной рухнула Лара, дико кашляя.
— Ты в порядке? — спросил у неё.
— Только дикарям могло прийти в голову сделать такой идиотский спуск.
На разглагольствования у нас времени не было. Одежда тлела, и мы с Ларой, как ошпаренные, принялись хлопать по себе, сбивая очаги возгорания. Глаза щипало от дыма, но хоть не вспыхнули, — уже хорошо.
Туннель спускался с небольшим уклоном глубже в землю. Путь время от времени освещался факелами, вставленными в крюки. Он уходил все глубже и глубже под землю.
Стены туннеля были неровными, высеченными наспех в твердой породе. Каждый шаг отдавался эхом, несмотря на наши попытки двигаться бесшумно. Воздух становился все более спертым и тяжелым по мере нашего спуска. Температура, к счастью, понижалась, из-за чего здесь можно было дышать чуть свободнее.
По пути вдруг вспомнился первый раз, когда я пошел добывать руду со Стефанией рядом на землях к западу от моего поселения. К сожалению, рассказы Стефании о подземных ужасах и монстрах обрели реальность…
Барабанный бой, который я слышал снаружи, с каждым нашим шагом становился всё громче.
Мы продвигались по туннелю, крики, песнопения становились громче, чем глубже мы спускались.
Внезапно туннель выровнялся, и следующие пятидесяти метров факелов не было, пока вход не открылся на тускло освещенную область, черты которой я не смог сразу разобрать.
По обе стороны от выхода торчали копья, указывающее на присутствие пары охранников. Если бы я мог подобраться достаточно близко, то смог бы тихо их убить.
Я повернулся к Ларе, указал на охранников, затем на свой меч.
Туннель был слишком узким для нас двоих. Мне придется сделать это одному.
Я медленно пополз вперед, остановившись всего в нескольких метрах от отверстия. Изучил позиции охранников, чтобы просчитать последовательность нападения. Левый стоял чуть ближе, его нужно было убить первым. Правого — секундой позже, до того как поймет, что вообще происходит.
— Скрытень.
В моей левой руке появился короткий клинок, что стал идеальным дополнением к моему мечу.
Я подкрался ближе. Затем…
Прыжок!
Кинжал Сокрытия качнулся небольшой дугой и вонзился в шею левого лесного дикаря, перерубив его голосовые связки. Дикарь засипел, и рухнул на колени.
Время замерло.
Махнул мечом в правой руке прямо в шею второго охранника. Сталь играючи вскрыла плоть перерубая артерии и вены…
Дикарь упал на живот, неконтролируемо корчась.
По два чётких, контрольных удара в шею и голову на каждого гада. Готово.
Когда тела дикарей перестали дёргаться, мы оттащили их подальше, в тень нависающей скалы что нашлась недалеко от входа. Даже если кто-то пройдет этим путем, они, вероятно, будут двигаться слишком быстро, чтобы заметить кровь.
Покончив с охранниками, мы с Ларой проверили обстановку и местность. Скйчас мы стояли на платформе с небольшим каменным барьером, который обрамлял ряд каменных ступеней, спускающихся глубже в гигантскую пещеру.
Бой барабанов становилась все громче.
Всмотревшись вниз, увидел, что пещера оказалась намного больше, чем мог себе представить.
Сотни лесных дикарей стояли между разбросанными кострами, горящими на каменных подиумах. Их силуэты танцевали в оранжевом свете пламени. Они расположились на серии скалистых платформ, словно зрители в театре, и все смотрели вниз, на пространство в центре.
Настоящий амфитеатр смерти. Я невольно задался вопросом — сколько невинных закончили свои дни в этой яме? Сколько последних криков эхом отзывалось от этих стен?
На самом нижнем уровне стояло несколько фигур. Четыре охранника с копьями замерли по стойке смирно — по два с каждой стороны большого простого каменного сооружения из нескольких плоских вертикальных плит.
