С первых шагов по каменной дорожке, ведущей к поляне с пламенем, я почувствовал – что-то не так. Какая-то неправильность царапала подсознание, не давая при этом никаких намеков на причину моего беспокойства.
Невольно замедлившись, я начал присматриваться к округе и наконец заметил сразу две выбивающиеся из стандартного пейзажа детали. Первая – в глубине рощи надрывалась пичуга. Ее явно что-то смущало, и она громким воплями выражала свое недовольство, ну и второе – сгусток пламени, который обычно постоянно менял свой цвет, теперь пульсировал ярко-алыми всполохами. В месте силы я был не один.
Неожиданное открытие заставило меня сбавить шаг, в то время пока мозг лихорадочно решал, как поступить. Первым, что естественно, возникло желание вернуться обратно за трехметровую стену, огораживающую место силы, но после некоторых колебаний я отбросил эту идею. Поворачиваться спиной к неизвестной опасности – так себе затея. Да и не факт, что успею выйти – дверь мгновенно не открывается, и уйти мне, скорее всего, не дадут. К тому же сейчас я был готов к нападению, если оно вообще произойдет – дурная пичуга могла орать по сотне разных поводов, а про цвет магического пламени и говорить не приходилось. Красный – не всегда опасность, может, дело в сезонном изменении климата или уменьшении популяции белохвостых орланов. Как знать?
Успокаивая себя подобными мыслями, я тем не менее каждую секунду ждал подвоха. Глаза судорожно искали любую выбивающуюся из окружающего пространства деталь, а правая рука так сильно вцепилась в рукоять деревянной шпаги, что едва не выдавливала из нее сок.
Арбалетный выстрел я каким-то чудом успел заметить. Мозг среагировал на смертельный подарок раньше, чем я услышал свист рассекаемого воздуха. Тело скрутилось винтом, и деревянный болт с заточенным металлическим наконечником мелькнул возле уха, едва не оторвав мне мочку. По шее потекла кровь.
Следом, почти без перерыва, в мою сторону полетел метательный нож, но чего-то такого я уже ждал и смог без особых проблем избежать попадания. Зря убийца решил устроить засаду именно здесь. Место силы многократно усиливало способности к концентрации, позволяя чувствовать окружающее пространство на совершенно ином, недоступном простому человеку уровне. И сейчас я интуитивно понимал, откуда полетит следующий снаряд, который не заставил себя долго ждать – еще один нож бессильно пронесся рядом, разрезав лишь воздух.
Поняв, что дистанционные атаки бесполезны, противник перестал таиться. С ветвей одного из деревьев соскользнула гибкая фигура, которая до этого практически сливалась с густой кроной, отчего заметить человека было крайне сложно.
Передо мной на расстоянии десяти метров оказался мужчина, полностью облаченный в облегающий зеленый костюм. В руке у него находился разряженный арбалет, а грудь сжимала перевязь с метательными ножами, два слота которой уже опустели.
Отбросив бесполезный арбалет, мужчина схватился за короткий, вряд ли длиннее сорока сантиметров клинок и бросился на меня, почти мгновенно разогнавшись до максимальной скорости. Но у меня было чем его встретить.
Деревянная шпага – игрушка, предназначенная для обучения, нарисовала в воздухе короткую дугу и перечеркнула приближающуюся человеческую фигуру. Удар, которым я уже научился рассекать тонкие бревна, прошелся прямо через грудь противника. Брызнула кровь, зеленая ткань костюма разошлась, будто по ней чиркнули скальпелем.
Неожиданная атака ошеломила и дезориентировала нападавшего. Запутавшись в ногах, он с размаху впечатался лицом в дерн, после чего прокатился по земле еще около метра.
Не давая противнику опомниться, я бросился вперед и с разбега зарядил ему ногой по лицу. Будто пенальти бил. Силы особо не рассчитывал, стараясь вложить в удар все, что мог, – имелись у меня опасения, что вырубить взрослого мужчину с моим-то весом будет сложной задачей. Ошибался. Голова человека дернулась, и он затих.
Ждать, пока несостоявшийся убийца очнется самостоятельно, в мои планы не входило. Выдернув из руки мужчины зажатый в ней клинок, я в несколько движений срезал перевязь с ножами, а затем и зеленую рубаху. Из одежды нападавшего получились неплохие веревки, которыми я связал ему руки и ноги. А заодно, как мог, перетянул рану на груди. Выглядела она хоть и скверно, но жизни человека на первый взгляд не угрожала.
Глубокий порез прошелся через мышцы, залив кровью землю и траву под неподвижным телом. Сквозь резаную рану виднелись ребра, но при этом брюшина и внутренние органы остались целы, так что короткий разговор со мной убийца должен был пережить, а дальше уже не мои проблемы.
