Оказался охотник обыкновенным молодым мужчиной. Пушок на подбородке вместо бороды выдаёт возраст немного старше моего. Одет в штаны и рубаху, только не отбелённые, как обычно, а серые, будто мешковина и без вышивки. Видимо для маскировки в лесу. За спиной лук, на поясе колчан со стрелами и топор. В сапогах наверняка нож. Без ножного клинка здесь только маленькие дети ходят или совсем обнищавшие. Макушка небритая, отросшие русые волосы перехвачены на лбу лентой.
Парень начал знакомство с претензий, словно невоспитанный.
— Ты еси почто ловушки рушишь?
В этом мире ведь как положено: сперва поприветствовать, пожелать здоровья и лёгкого пути, потом представится и спросить куда встречные путь держат. Всё остальное потом. Данный порядок всем известен, даже иностранцам. Ну а на нахальство и наглость надо отвечать смело, показывая тем самым, что знаешь свою силу, сможешь за себя постоять.
— А ты почто на людей охотишься? — Подбоченился я.
Ну да, попалась нам на дорожке, протоптанной животными к водопою замаскированная яма. Только благодаря счастливой случайности удалось туда не свалиться, на колья не напороться. Маскировку над западнёй правда разрушили со злости.
— Сие наю рода угодья. Зверя и птица лесная мы есмь зде издревле промышляем.
— Ну и промышляйте себе на здоровье. Наш отряд мимо идёт, никого не трогая. А про ямину мог бы предупредить!
Следопыт почесал затылок. Вроде бы разговор исчерпан, но ему явно ещё что-то надо, однако не знает, как сказать. Бывает так с людьми, когда долго живут в лесной глуши, мало контактируют с посторонними. Как бы дичает человек, словарный запас скудеет, да и общительность у таких слабо развита. Вот стоит бедолага, с ноги на ногу перетаптывается, а что-то выговорить, эмоции выразить не получается.
— Ты чего хотел-то, дорогой товарищ?
Видя, что незнакомец больше не наглеет, мне захотелось ему помочь. Просто так уходить ведь тоже неучтиво по местным правилам, неписанным законам вежливости.
— Дык ничтоже велие. — Замялся тот. — На странников позрети хотеша. Дюже любо пытственно.
Мы со спутницами переглянулись. Последнее время моим правилом стало сверять свои решения с ними, с их эмоциями. Девчонки зачастую чувствуют опасность сильнее. Не разумом понимают, как тугодум-правитель, а ощущают сердцем, печёнками или задницами, что в прочем неважно, главное результат. Непоседы были спокойны и сами с откровенным интересом разглядывали чужака, особенно маленькая. Рыжая по привычке пряталась за спиной своего защитника, изредка постреливая глазками из-за плеча, но не дрожала.
— Ну иди сюда, смотри. — Махнул я рукой.
Лесной житель подошёл бесшумной крадущейся походкой, когда под ногами ничего не хрустит и не шуршит. Их так родители приучают с детства. У меня вот никогда не получается. Дамочки мои и то тише бегают, чем мне удаётся ходить на цыпочках. Потом он осторожно обошёл вокруг, внимательно рассматривая, вконец осмелившись, потрогал мою кожу.
— Хвост ищешь с чешуёй? — Усмехнулся я. — Так нет у нас этого. Зелёный цвет от травы, чтоб комары не кусали и раны быстрее зажили. Мы не русалки, а люди обыкновенные. Гомо сапиенсы, как говорится. Лапочка, покажи.
Младка только фыркнула. Обнажаться перед посторонним дядькой она не собиралась. Пришлось сначала задрать свою штанину и продемонстрировать нормальные волосатые мужские ноги правда, когда схватил подружку за подол, немедленно получил кулачком по макушке. Незнакомец рассмеялся. Рассмотреть лапти и человеческие щиколотки нашей скромницы он успел.
— Малявку заголять? — Поймал я за руку заверещавшую Дану.
Парень лишь отмахнулся.
— Сию девку ведаю. Ушкуйники злы по усей округе русалок сыскивають, по ваша следы ходе, посему мене хотеша позряша. В наю владенья тати иде спужались. Болото зело вязко.
"Обыкновенная трясина, ничего особенного", — промелькнуло в мыслях. Любую грязь по настилу перейти несложно. Не топи они испугались небось, а ваших стрел и ловушек. С лесными жителями в их урочище сражаться не всякий рискнёт.
— Бают удалого воя русалки сразили. — Мужчина пристально взглянул на саблю и на топор что Младка приготовила на всякий случай после посягательств на её одежду.
— А что было делать? — Развёл я руками, продемонстрировав зарастающие порезы и стал жестами показывать, как мы бились.
— Набросились, как на медведя, давай клинками махать. Небось каждый не стоял бы на месте, не наблюдал отвлечённо, как живота лишают.
— Почто девку чужу прихватиша? — Поинтересовался следопыт под конец рассказа.
— Жалко стало! — С вызовом ответил я и погладил ребёнка по волосам. — Видишь, как над горемыкой измывались. От родителей украли, не кормили, косу отрезали. Кто её теперь замуж возьмёт?!
Конечно свадьба у малышки будет не скоро, вырасти ещё надо. Моя кухарка бедняжку откормит и волосы к тому времени должны отрасти, но тут дело принципа. Издевательства налицо, а их в этом мире ох не любят. Здесь ценят справедливое отношение ко всем, даже к пленным и рабам.
— Теперь ты всё знаешь. Иди, выдавай нас ушкуйникам. — Ухмыльнулся я, глядя чужаку прямо в глаза.
