- Будь по-твоему, Яра-воительница. Его жизнь теперь твоя. И вот, держи, - он бросил ярко сверкнувший в луче солнца медальон на цепочке, - это золотая тамга с моей личной печатью. Никто без разрешения заговорить не посмеет с твоим посланцем, не то, что причинить ему вред. Это приравнивается ко вреду, нанесенному мне, и карается смертью.
Яра ловко подхватила брошенный медальон. Посмотрела – на нем чернью была искусно нанесена голова тигра с оскаленной пастью. Личная печать кагана на золотом – это безграничные полномочия, никто не посмеет косо посмотреть или отказать в просьбе ее носителя. Любой, даже самой невероятной.
- Благодарю, каган, - отпустила и отступила от поникшего Ришада. Тот смотрел на воительницу со смесью восхищения и стыда. Второй раз за день его скручивают местные женщины! Что за люди в этом Миргороде?!
- Кого отправишь обучать моих воинов? Самого лучшего, надеюсь?
- Разумеется, каган. Того, кто доказал свои умения на деле. Вот ее, - под аханье всех, кто сидел на помосте, Яра надела медальон на шею изумленной Смирены, - она будет главной в обучении. Но с ней будут сопровождающие. Раз по вашим правилам рядом с женщиной всегда должен быть мужчина.
Яра подняла насмешливый взгляд на перекошенное яростью лицо вернувшегося на свое место Джанибека. Не выдержав, тот гневно вскочил на ноги и быстрыми шагами вышел вон.
- Яра, зачем? – князь едва утерпел, когда доедут по городу до хором. А быстро вернуться не получилось. После соревнований надо было беседу с каганом поддержать, делая вид, что в курсе Яриных проделок, и все с его согласия случилось. А потом обед состоялся у кагана в шатре. Отказаться, понятное дело, нельзя, что б кровную обиду не нанесть. И как валоры за этими низкими столиками едят и не давятся? Как ни поджимай ноги, а все одно – неудобно. Благо дело, что хоть есть надо не руками, как простой валорский люд делает. Матушка, эвон, мудрая женщина – отказалась от обеда, сославшись на здоровье. В своем расшитом каменьями парчовом платье точно бы не усидела на полу, да еще столько времени.
Хорошо конечно, что любимую свою удалось так долго лицезреть, обмениваясь мимолетными улыбками и встречаясь глазами. Токмо далеко она сидела, с другой стороны стола. Ни дотянуться никак, даже мимолетно. Только взглядом оглаживать, вызывая нежный румянец на ланитах.
Рад был Велеслав видеть ненаглядную безмерно, а все одно – нетерпеливо ерзал на мягких подушках. Любопытство глодало не хуже голодной зверюги. Вот и сейчас, едва только на крыльцо собственного дворца ступил, как вопрос нетерпеливо с губ сорвался.
- А как с ними по-другому вопрос решить? С твоей сестрой и Джанибеком? – Яра оперлась на перила локтями, заставив князя повторить позу. Драгомир с Беригором с другого ее бока встали.
Внизу по двору слуги сновали, жизнь кипела привычная. К ним, понятное дело, никто подходить не осмеливался. По лицам видно – что-то серьезное князь с ближними обсуждают.
- Что меж ними в походе произошло-то? - в который раз спросил.
- Не знаю, князь. Молчат оба, будто воды в рот набрали. Но понимаю, что обидел он ее сильно. Да так сильно, что даже ее доброты и влюбленности не хватило, чтоб обиду преодолеть. А в итоге оба мучаются. Сам же видишь.
- Но это ж немыслимо – молодую девку на чужбину отправить! Одну да незамужнюю!
В ответ Яра иронично улыбнулась.
- Ты еще скажи, что она беззащитна. Поэтому сегодня нур-бейлюка скрутила, как барашка.
- Дык на ней же тамга будет от кагана, личная. Для валоров это посильнее цельного воинского отряда будет, - пробасил воевода.
- Даже если не брать тамгу в расчет, - насмешливо блеснула глазами воительница, - хотя тоже аргумент и весомый. Но подумай сам, князь, кто присмотрит за Смиреной лучше, чем ее жених, которому она дала от ворот-поворот? Разве его самолюбие позволит, чтобы вокруг невесты крутились мужчины или случилось непотребное?
- Как бы его самолюбие не сыграло так, что непотребство захочет сотворить он сам! – нахмурился князь.
- Смиренка не простая девушка., Джанибек, так или иначе будет добиваться ее благосклонности, но сугубо приличными способами. А на родине, традиции свяжут его по рукам и ногам. К тому же слишком много глаз будет вокруг, начиная с отцовских. Поэтому придется действовать, но аккуратно. Вот только – не попадет ли он в ловушку, которую расставит сам? – Яра бросила мимолётную многозначительную улыбку в сторону Драгомира. Тот, конечно, был невозмутим, но дернул в ответ уголком губ, показывая, что понял намек. На собственное поведение в отношении Леры. Всякое меж ними было, пока не сладилось.
- Предлагаешь мне рискнуть честью сестры?
- Ради ее счастья? Да. Но я уверена в ее благоразумии. А кроме того, твоя умница Тамирис сегодня при прощании шепнула мне на ушко, что отдаст в ее распоряжение свои хоромы в гареме и свою служанку. Так что за ее честью будет кому присмотреть.
- Если с ней поедет Надин – тогда я точно спокоен, - рассмеялся Велеслав, - этот волкодав кого хочешь спровадит. И на титул не посмотрит. Но все одно – неспокойно мне.
