Но диалога не вышло. После кубка вина щеки княжича зарделись, а глаза заблестели глупым радостным огоньком, как у щенка, недавно вылезшего из утробы. Дива сделала попытку рассказать какую-то историю, но молодой муж слушал нехотя и часто отвлекался.
– Князь, долог ли путь, что проделан вами от Изборска до Новгорода? – Диве ничего не оставалось, как беседовать с сидящим неподалеку свекром.
– Да, дитя, путь не так близок, – кивнул Изяслав. – И опасен. Так что береги силы. Но не бойся, с нами дружина. Дикие звери и супостаты нам нестрашны, – Изяслав виделся приятным стариком. И уж лучше бы он сам на ней женился, чем его противный сынок! Это было бы и то менее мерзко!
За столом Диве постоянно казалось, что все идет как-то неправильно. Отчего гости так радостны? Молодые знакомы всего несколько часов, а о них уже рассуждают как о чем-то едином!
– Я пью сегодня за молодых! – снова поднялся Гостомысл. – Достатка вашему дому, здоровья вашим чадам! Пусть боги сберегают ваш союз долгим и счастливым! – радостный шум поглотил последние слова князя.
От всех этих пожеланий Диву едва не стошнило прямо за пиршественным столом. Она оглядела мужа еще раз. Он виновато улыбался по сторонам, теребя рукав своей расписной рубахи. А Диве до сих пор не верилось, что этот неряшливый студень и есть ее долгожданный князь! Она корила себя за злые мысли, но не могла их остановить. Хорошо бы оказалось, что она заснула, и все это привиделось ей в полдень в поле!
Вопреки желанию, Дива продолжала наблюдать за супругом. Он мало ел и мало пил, вяло ковырял ложкой в миске, размазывая остатки пищи по дну посуды. Не попробовав и половины блюд, он был сыт и выглядел утомленным застольем. Кроме того, он оставался совершенно равнодушен к жене, что раздражало более всего перечисленного выше. Да, именно это. Ей сразу вспомнился его поцелуй, такой же безвкусный и чахлый, как и он сам. А как отвратительно он ее приобнял тогда. Так неловко, дрожащей рукой, то и дело наступая на ногу. Она уже не верила своим глазам: он выпил всего пару кубков, но, кажется, вот-вот свалится с лавки.
Некоторые перекушавшие хмеля поезжане уже начали непристойно шутить, тихо, но до чуткого слуха княжны все это доносилось. И становилось как-то совсем гадко на душе.
– А что, Радимир, как невеста? – вдруг раскатисто прогремел один из приехавших вместе с женихом гостей, порядочно набравшийся. – Хороша ведь?!
Гостю невеста, явно, нравилась больше, чем жениху. У последнего был опешивший вид, будто б у него спросили об истории его семьи, повелев изобразить древо рода, и он не в состоянии справиться с сей трудной задачей без многодневной подготовки.
– Хороша, – как-то невнятно и слишком тихо для шумного застолья промямлил Радимир после промедления. Его осоловелый взгляд даже не коснулся невесты. А она смотрела на него с нескрываемым разочарованием, уже не ожидая похвал в свою сторону.
– Я лучше умру, чем разделю с ним что-то более существенное, чем трапеза…– заключила Дива, обращаясь к присевшей рядом Росе.
– Придется еще ложе разделить, – средняя дочь Гостомысла оглядела жениха, и было понятно, что он и не в ее вкусе также.
– Кстати, эта шлюха Златана объяснила тебе, что ты должна делать грядущей ночью? – послышался голос Велемиры, которая приземлилась на лавку с другой стороны от Дивы, то есть на место Радимира, удалившегося ненадолго во двор.
– Не. Не до того вчера пришлось, – вздохнула Дива, уложив локти на стол и уныло уперев подбородок в ладошки.
– Интересно было б послушать ее советы…– продолжала Велемира, отхлебнув морса из своего кубка, который притащила вместе с собой. – Может, если б она открыла тебе свои секреты обольщения, Радимир хоть разок взглянул бы на тебя…– прыснула смехом Велемира. – Мужчины любят, когда их ублажают…
– Пусть сам себя ублажает, – мрачно отозвалась Дива.
– Ахаха, это тоже возможно, – рассмеялась Велемира. – Так ему и скажи. Вот прямо-таки этими самыми словами!
Надрывая живот, многопросвещенная Велемира заливалась смехом еще несколько времени, пока Дива и Роса не видели ничего смешного ни в положении, ни в сказанных сестрою словах.
– Да, кстати, а вы уже обсуждали с Радимиром, как все пройдет?! – продолжила Велемира после того, как прекратила смеяться.
– Чего пройдет?..– Дива слушала сестру вполуха, поскольку сейчас ей было не до пустословия.
– Если строго следовать обычаям, то он обязан овладеть тобой на глазах у всей дружины, – Велемира сделала глоток из кубка, дождавшись того момента, когда Дива и Роса отвлекутся от созерцания гостей и начнут внимать ей одной. – Это необходимо, чтобы у гостей не осталось сомнений в том, что союз родов заключен…
– О, боги…– Дива видела смеющийся рот Велемиры, и ей хотелось затолкать туда любой предмет, лишь бы хохот сестры перестал разноситься по избе.
