Решив, что без оружия она пока в большей безопасности, Дива сделала шаг в сторону. И тут же натолкнулась на заходящего в избу рыжего бойца, того самого, что доставил ее сюда вместе с одноглазым. Не обратив на нее внимания, он попросту оттолкнул помеху с дороги. Дива отшатнулась и тут же еле успела отскочить. На сей раз с пути другого незнакомца, следующего прямо по тому месту, где была она.
– Не стой на проходе. Иди ко мне, княжна, – оскалившись, свирепо улыбнулся грозный воин.
А Диву вдруг накрыла заторможенность. Если еще недавно она была готова бежать в лес, то сейчас даже дышала с трудом. Его голос доносился до ее ушей будто из-за стены, хотя на самом деле их разделяло всего несколько шагов. Она не могла оторвать от этого человека испуганных глаз, на которых от ужаса даже высохли слезы.
– Иди-иди, не бойся, – повторил чужак, жестом поманив Диву к себе.
Она понимала, что он зовет ее. Но любая угроза из других уст прозвучала бы менее зловеще, чем это его «не бойся». И все же, спотыкаясь, Дива поплелась к нему, даже не думая над тем, чтобы поступить как-то иначе. Разве можно ослушаться такого человека?!
Вокруг стоял шум, летали какие-то предметы, бегали люди. Но Дива видела только Рёрика, сидящего на обычной лавке столь представительно, словно на троне, и тот путь из дюжины шагов, который ей надо было проделать. На большее ее мозг сегодня казался уже не способен.
– Ты – сегодняшняя невеста? – расшнуровывая крагу на своей руке, Рёрик одобрительно оглядел приблизившуюся к нему княжну.
Обычно неподражаемо красноречивая, сейчас Дива не могла даже вспомнить слова. Внезапно на нее обрушилась столь нестерпимая усталость, что ей показалось, будто она сама сейчас упадет на пол прямо пред его стопами. Глаза словно засыпало песком, так темно стало на миг. Желая прогнать это ощущение, Дива несколько раз тряхнула и без того кружащейся головой.
– Ты меня слышишь? – повторил Рёрик, видя, что допрашиваемая готовится потерять сознание.
– Аз есмь…– пошатнувшись, ответила Дива на первый его вопрос. Отрывистое учащенное дыхание сбивало ее голос. Она чувствовала, что с ее телом происходит нечто странное. Она опустила взгляд на свои руки. Они дрожали. Кончики побледневших пальцев имели непривычный сине-фиолетовый оттенок, который было видно даже сквозь кровь Пересвета, застывшую на ее коже.
– Что ж…Мне все понятно…– ухватив Диву за талию, Рёрик усадил ее себе на колено. Свободной рукой провел по ее шее, остановившись возле сонной артерии. А Дива тем временем не шевелилась и не разговаривала. Она не отрывала взора от его холодных, как лед, глаз, которые сейчас сосредоточенно смотрели куда-то в сторону. – Твое сердце бьется намного быстрее, чем нужно, – Рёрик вернул взгляд на свою пленницу. – Я не хочу, чтобы ты умерла раньше срока. Сделай милость, совладай с собой и успокойся.
Как зачарованная, Дива рассматривала лицо грозного чужака, очутившегося столь близко к ней. Его резко очерченные скулы, высокий лоб и твердый подбородок. Он говорил с ней вежливо, но она чувствовала, что на самом деле он недобр. И не больше других питает уважение к ее особе. Наверное, она попросту еще нужна ему для чего-то.
– Будь рядом. Не кричи и не убегай, – Рёрик не стал более задерживать Диву.
После полученных наставлений ей и в голову не пришло куда-то бежать. Ее воля была сломлена окончательно. Она опустилась на пол возле Рёрика. Ее бил озноб, хотя в действительности в помещении было не так уж холодно. Она спрятала ладони в складки платья.
А вокруг тем временем продолжались душегубства и погром. Вдруг в избы вместился все тот же здоровяк, который так скоро расправился с летописцем Назарием. На сей раз он удерживал в своих руках пленника, коим являлся некий Аскриний. Дива знала этого боярина вполне. Он был главой вече и вместе с Бойко часто помогал ее отцу в делах города. Увидев Аскриния, она немного взбодрилась, отчего-то решив, что он знает точные сведения об ее семье и к тому же как-то поможет ей выбраться из беды.
– Нег, глянь на него…– здоровяк швырнул уважаемого в городе человека прямо под ноги Рёрику.
– И кто ты такой? – без особого интереса оглядел пленника Рёрик.
– Я Аскриний…– невозмутимо поправляя воротники, начал боярин, поднимаясь. Он не собирался вопить и целовать руки захватчика, моля о пощаде. Он был почтенного возраста, зажиточен и имел родословную. Вероятно, оттого он всегда держался с достоинством, и в этот вечер в том числе, несмотря на обстановку.
– Лежать, – тяжелый сапог Ньера оказался на спине Аскриния.
– Я Аскриний, – еще раз повторил боярин, на сей раз оставаясь на полу в позе просителя. – Помощник Гостомысла. Прошу сохранить мне жизнь.
– Чего это? – нарочито удивился Рёрик.
– Предлагает выкуп за себя, – пояснил Ньер. – Говорит, что богат.
– Его богатства, как и все остальное, практически и так в наших руках, – посчитал Рёрик. А Дива на этих словах очнулась, выйдя из оцепенения. Прав был батюшка: второй жених сущий разбойник!
