Отвлекшись от созерцания построек Новгорода, Рёрик перевел взгляд на Диву. Несмотря на то, что было не так уж холодно, она зябла. Кутаясь в пуховый платок, растирала замерзшие персты. Заметив это, Рёрик взял ее ручки в свою ладонь. А она положила голову ему на плечо. И вскоре он заметил, что, невзирая на неудобства, она задремала мило и непринужденно. Губы правителя тронула улыбка. Он приказал ехать медленней.
Смеркалось. Прогулка удалась. Скопившийся вдоль дороги любопытный люд приветствовал князя, княгиню и будущего наследника, спавшего в чреве матери. Совершив значительное путешествие и теперь возвращаясь домой, Рёрик довольно осматривался по сторонам. А этот город не так-то плох. Пожалуй, ему начинает тут нравиться…
Вдруг внезапный крик из толпы вывел князя из благодушного любования своими новыми землями.
– Злодей! Захватчик! Всех не проведешь! – заорал некто среди зевак. А позже в толпе мелькнула чья-то шапка.
Уже давно очнувшаяся Дива с замиранием сердца следила, как несколько дружинников бросилось к смельчаку. Тот в свою очередь помчался наутек, распихивая руками мешающих пути горожан.
Новгородцы с любопытством наблюдали за происшествием. Большинство не понимало, что происходит, а просто глазели.
Погоня оказалась недолгой. Крикуну не удалось затеряться в толпе. Он был настигнут стражей буквально сразу после начала эпизода. Дива не успела и глазом моргнуть, как пара крепких гридей уже тащили его за шиворот прямо к княжеской упряжке.
События разворачивались стремительно. Несколько секунд – и герой оказался прижат к земле. Над ним нависло копье, готовое вот-вот вонзиться в горло.
Лицо князя было непроницаемым, а взгляд ледяным. Арви уловил суть последнего. И тут же кивнул старшему дружиннику. Который в свою очередь отдал приказ прикончить дерзновенного поскорее.
– Нет! – взвизгнула Дива, подпрыгнув на месте.
Замахнувшийся гридь застыл в нерешительности, глядя то на старшего дружинника, то на княгиню.
– Нет? – нахмурившись, переспросил Рёрик, удивленно обозрев Диву. Теперь он уже не выглядел таким же добродушным, как минуту назад.
Дива догадалась, что совершила ошибку. Ему не понравилось, что она возражает. Да еще и на людях.
– Да он же хмелен! На ногах еле держится! – деланно рассмеявшись, кивнула Дива на удальца, который хоть и выглядел скверно, но, пожалуй, пьян не был. – Сам не знает, что говорит…Вздор какой-то…Умоляю пощадить его…– Дива смотрела в глаза князя с просьбой в собственных.
И было в ее взгляде нечто, не совсем Рёрику ясное. Что-то пряталось за этой покорностью. Так сразу и не понять. Но, конечно же, это не укоризна. Хотя разве не ей там быть? И это выражение: «Сам не знает, что говорит!», – из ее уст оно звучит даже смешно. Кому, как не ей, знать, что крикун сказал правду.
– Княгиня, – вмешался тут же Арви. – Этот человек нанес оскорбление князю и всему княжеству. Он либо глуп, либо, как было замечено, пьян. Но все это не освобождает его от ответственности за свои поступки.
– Мой князь, прошу…– в глазах Дивы дрогнули слезы.
– Княгиня, – не отступал Арви, которого раздражало, что она везде лезет. Да еще и пытается разжалобить князя рыданиями. Самый низкий способ из всех! – Просить за такого человека можно лишь по злому умыслу. Или легкомыслию. В любом случае подобное не красит даже княгиню…
– Я не могу этого видеть…Мой князь, только не сейчас…– Дива опустила руку на живот.
Арви уже собирался снова возразить, но увидев лицо князя, с досадой отвернулся в сторону. Рёрик в свою очередь внимательно оглядел Диву. Потом кивнул вознице. И через миг упряжка рысаков уже резво двигалась по дороге. Дива оглянулась. Последнее, что она видела перед тем, как лошади повернули за угол – крикуну заломили руки. Его не порешили, но, кажется, и не отпустили.
– Что с ним станется? – сдвинув брови, Дива в переживании сжала руку Рёрика.
– Какая разница…– процедил князь. – Ты не хотела ничего видеть. Вот и не видишь.
Арви довольно ощерился. Вновь отвернулся в сторону, но на сей раз пряча улыбку. Да, князь выполнил просьбу этой дуры. Но сделал он это не ради нее! А ради своего наследника! Ради нее он бы и пальцем не пошевелил! В любом случае это ее вымогательство ему по душе не пришлось.
А Дива не сразу поняла, что означают последние слова князя. Но когда до нее, наконец, дошел их смысл, она почувствовала, что к ее горлу подступает ком.
– Как же так…– в глазах Дивы стояли слезы. – Так нельзя. Его нужно отпустить.
– Что? – Рёрик развернулся и оглядел Диву так, что у нее аж все похолодело внутри.
– Прошу отпустить его…– пересилила себя Дива. Она не могла молчать. Хотя сейчас уже ясно видела только одно – вместо того, чтобы улучшить положение храброго новгородца, она сейчас ухудшит свое собственное.
– Не лезь не в свое дело, – процедил Рёрик. И из его уст сие предостережение прозвучало угрожающе.
– Я умоляю, – всхлипнула Дива, спешно утирая начинающие струиться по ее щекам слезинки.
– Закрой рот. И больше не обращайся ко мне, – повелел князь мрачно.
