– А потом будет поздно! – привлекая внимание к себе и разговору, Вольна вырвала из рук Рёрика письмо Умилы, отбросив последнее в сторону. Эта дерзостная выходка могла остаться безнаказанной только для нее. Князь посмотрел на разъяренную любимую, еще более прекрасную в своем гневе. Брови ее вскинулись вверх, глаза заблестели. Сущая воительница. – Я не случайно говорю об этом
– По-твоему разумению, я должен спешно спасаться от младенца, которого даже еще не вижу? – усмехнулся Рёрик. Он уже совсем устал от разговора, который Вольна вела со стороны наставника, знающего, как нужно поступать. А он, словно глупец, будто обязан внимать ей.
– Я лишь говорю, что надо делать все вовремя. Она родит не дитя – а угрозу благополучию княжества!
– Ну и чего ты мне предлагаешь? Может, мне ее прибить? – одернул Рёрик. Он не хотел обсуждать одну женщину с другой, догадываясь, к чему это приведет. – Теперь можешь быть свободна, – неожиданно заявил князь, повелительно кивнув на дверь.
Вольна изумленно выпучила глаза. Никогда прежде он не позволил бы себе указать ей на выход.
– Как же я была глупа, что пустилась с нашим сыном искать тебя, думая, что мы нужны тебе! – заорала вдруг Вольна, ослепленная неожиданным поведением любимого. Ее незыблемые позиции пошатнулись. А главное, из-за кого?! Из-за недотепы, на коей он женился, чтоб получить княжество! – А теперь я вижу, что у тебя есть эта толстуха! – вопила Вольна, разумные мысли которой поглотил гнев.
– Ты глупа сейчас, – Рёрик встал из-за стола, ухватил Вольну под локоть и повел к двери.
– Как ты смеешь? – выдернув свой локоть из рук Рёрика, Вольна разозлилась еще больше. Теперь он еще и слова не дает ей сказать! – Я не уйду, поколе не закончу! – Вольна оттолкнула князя от себя.
– Женщина, опомнись, – разозлился уже и Рёрик. – Как разговариваешь со мной?! В первую очередь я твой князь, – отвыкший от столь возмутительной непокорности, Рёрик и сам вышел из себя.
– А я думала, что ты мой возлюбленный муж! Но теперь вижу, что ошиблась. Я тотчас же соберусь и уйду прочь! Вместе с нашим сыном! – добавила Вольна ядовито.
– А ты больше не решаешь, куда пойдешь, – Рёрик не очень испугался. К тому же, по его разумению, ничего скверного он не совершил. И оттого ее вопли еще сильнее действовали на нервы. Но больше всего разозлила явная попытка им верховодить. – Ты останешься. А теперь, как я уже сказал, возвращайся в свою избу.
– Чтобы указывать, тебе надлежало жениться на мне еще во Фризии! – укусила Вольна.
– Убирайся отсюда, – прорычал Рёрик, грубо подтолкнув любимую к двери. – Делай, что велено. И не выводи меня…– погрозил князь.
От неожиданности Вольна застыла в недоумении. Ее ярость даже улетучилась. Он должен сделать так, как она просит. А не горячиться и выпихивать ее за порог!
– Я уйду, но ты сам придешь. Поскольку я сюда отныне ни ногой, – Вольна вышла из гридницы, с досады хлопнув дверью так яро, словно она разудалый молодец из дружины.
Нельзя сказать, что все произошедшее князю пришлось по вкусу. Всю жизнь он провел в авантюрах. Слушал вопли, визги и проклятия. И теперь ему хотелось тишины. Хотя бы дома. Но ни о какой тишине, похоже, можно и не мечтать, когда рядом Вольна. Он уже и забыл, как бывало с ней прежде. Она всегда находила способ нарушить его спокойствие.
Настроение князя было испорчено. И он больше не желал сидеть в гриднице. Вчитываться во всякую ерунду. Выслушивать каких-то стариков. Внимать бабьим упрекам.
Рёрик как раз собрался идти вместе с Трувором на реку, как на пороге возникли Арви и Дива. Дело, видимо, было неотложное, раз они явились вдвоем.
Поздоровавшись с правителем, оба тут же принялись наперебой объяснить цель своего визита. Они прерывали друг друга и ссорились между собой. Такую картину Рёрик видел уже не раз. Обычно за этим следовало что-то презабавное.
– Женское ли дело вникать в подобные вопросы? – вопрошал Арви.
– Коли не знаешь ответа, то и не выступай, – посоветовала Дива.
– Что стряслось? Давайте-ка по очереди, – князь вернулся в свое кресло, сделав позволительный жест рукой.
Все еще пререкаясь, Арви и Дива принялись раскладывать на столе перед Рёриком дела людей.
– Решение уже принято, – зудел тиун. – Княгиня опоздала. Впрочем, как и всегда.
– Я бы опоздала, если б их всех уже разорвали на части! Как предлагал ты, – огрызнулась Дива. На самом деле она действительно собиралась прийти раньше с этим вопросом к Рёрику, но в последнее время в ее жизни было так много переживаний, что она не могла думать ни о чем другом, кроме как о своей собственной судьбе и судьбе дитя, что носит под сердцем. И все же она собралась с духом и взялась за дела.
– По крайней мере, я не предлагал отпустить всех преступников к мамкам по домам! Может быть, еще следует напоить их медом на дорожку? – съязвил тиун. – Предложения княгини нелепы!
