– Ну-у, – уклончиво ответил Милош. Хороший маг способен отвести глаза небольшому городу, а он уж точно был не из плохих. Да и не только глаза, а все части тела, которые хотя бы в теории мешали заселиться. – Разберёмся. Ты, главное, место выбери.
Эва обвила его руками и принялась мечтать вслух. Мысленно они объездили половину мира, выбирая между промышленными городами и тихими деревушками, высокими берегами рек и подножиями гор, холодом севера и жаром юга. В конце концов Эва покачала головой и тихо спросила:
– Любовь моя, ты ведь не обидишься, если я захочу остаться в Праге? Здесь мой дом, мои друзья…
– И столько непобитых полицейских, – подхватил Милош, расплываясь в улыбке. – Я знал, что ты так скажешь. Прага так Прага! На каком берегу?
В общем, дело за малым – оставалось найти дом. Так что сегодня Милош ловко увильнул от обеих семей сразу и отправился искать им с Эвой новенькое гнёздышко, ну или старенькое, главное, помочь жильцам безболезненно убраться. Он весь вечер шатался по любимой Праге, довольно скоро потеряв из виду цель и заглядывая в каждый симпатичный переулок, поболтал со статуями на мосту, побросал камешки в реку, пропустил пару кружек под деревянной вывеской и в конце концов наткнулся на знакомую улицу.
Бабушкин дом так и манил. Понимая, что его заметили ещё на прошлом повороте, Милош поправил шляпу, перевязал платок, прочистил горло и вскоре прошёл во двор.
– Здравствуй, ба…
– МИЛОСЛАВ!!! – гаркнула бабушка. По своим меркам, она говорила спокойно. По меркам всего остального района… ну, крыша кое-где провалилась, это факт. Дом бешено захлопал ставнями, стремясь поспеть за речью хозяйки. – Славная у тебя жена! Надеюсь, и ты её порадуешь, а вместе вы нарожаете мне много чудненьких правнучат!
– А?.. – беспомощно переспросил Милош, оглохший на одно ухо. – Прости…
– Прощаю, – не снизила голоса бабушка. – Такие дела за один день не делаются. Славная жена, говорю! Ты что, не слушаешь?!
– Да слушаю я тебя! – проорал Милош в ответ. Входная дверь захлопала, стремительно открываясь и закрываясь – это означало одобрительный смех. Впрочем, при других обстоятельствах сходный жест означал гневные вопли, зевоту или приглашение войти. – Рад, что вы сошлись. Я опасался, что ты расстроишься, что она не ведь…
– Чего?! – проревела бабушка. С ближайшего дерева посыпались поздние яблоки. – Не слышу! Не мямли!
– Я! Опасался! Что! Ты! Расстроишься! Что…
– Что, что! Франц Иосиф в пальто! Милостью божией, император Римский, тьфу на него, – Эльжбета-старшая побила все свои рекорды, и Милош пошатнулся, сражённый одновременно силой звука и бабушкиным политическим юмором. – Разобрала я, не глухая! Нет, девочка хорошая, – продолжила она потише. – Без царя в голове, ветер один, в зад влетает – из ноздри вылетает, никаких тормозов. Всё как я люблю. А что не ведьма, так тебя одного на всё семейство хватит.
– Правда? – переспросил польщённый Милош.
– Правда, – снисходительно ответила бабушка. – Ты же у меня умница. Олух, конечно, первостатейный, но колдовать умеешь.
– Так сразу и олух… А я уж было подумал, что ты меня в гости пригласишь, – кинул он пробный камешек. Дом настороженно заскрипел, и Милошу стало смешно: он знал, что бабушка не очень-то жалует гостей мужского пола. Поэтому они с Корнеликом в детстве проводили время у тёток, если родителям надо было куда-то отлучиться, а сёстры с пелёнок приучены к визитам к Эльжбете-старшей… Завидно, между прочим!
– А тебе это на кой?
Её подозрительность рассмешила Милоша ещё больше, и он на всякий случай закусил губу. Немного подумав, бабушка снова распахнула ставни:
– Ладно, Милослав, заходи, только не сегодня. У меня малость не прибрано.
Согласилась! С первого раза! Вот так чудеса, надо пользоваться. Воображение живо подсказало Милошу, что там внутри обглоданные кости бывших любовников или чего похуже, и он счёл за лучшее промолчать. Заручившись приглашением, он выслушал очередную порцию наставлений для себя, Эвы, Корнеля и младших девочек, а потом с чистой совестью покинул двор.
Как он добрался до собственного дома, из памяти выпало – в конце концов, после посещения пани бабушки многих нешуточно контузило. Милош остановился у порога, потряс головой, вытряхнул половину мыслей и заметил матушкину метлу. Неужели пани Росицкая так вот оставила её на виду – и без всякой задумки? Быть того не может! Домой всё ещё не тянуло, и он подумал…
– Даже не думай, – послышался мамин голос. Милош поднял голову: пани Эльжбета осуждающе глядела на него из окна. Вытряхнутые мысли постепенно возвращались на свои законные места. – Тебе не понравится, оч-чень не понравится.
– Ты права, – признал он. – Всё-таки это нечестно, что у вас есть такой вот… дополнительный транспорт.
– А куда ты собрался? – удивилась мама. – Вы что, с Эвой поссорились?
– Вовсе нет, – враньё сложилось с правдой, получилось вполне удачно, и Милош объяснил: – Я ищу для нас дом, вот и подумал, было бы неплохо попадать в другие города без ключа. А то, знаешь, каждый раз вылезать из кладовки у какого-нибудь кренделя – приключение то ещё.
