Он курил, наблюдая сквозь окна за беззвучно плачущей девушкой, что сидела в одиночестве весь этот вечер, но ей так и не суждено было дождаться своей пары. Она была облачена в прекрасное черное, атласное платье. Носила блестящую орихалковую пектораль на изящной шее, кольца браслетов на тонких запястьях и лодыжках, черные очки в тонкой же оправе, скрывающие слабо фосфоресцирующие янтарным цветом, глаза… На кончиках ее завитых рогов примостились нежные лепестки лунных лилий, довершая приготовленный ею, с таким трудом, образ.
В этот вечер, по всем радиоволнам, звучало одно и то же срочное объявление:
— Внимание-внимание, граждане Джукатты! — говорил хорошо поставленный голос диктора. — Спешим сообщить, что сегодня в половине пятого по правошарному временному поясу, около промышленного района Тсоба, было совершено нападение на новоявленного члена семьи Соллей, — Владморна Солля…
Соволюд сочувственно жмурился, ощущая почти физическую боль за нее. И от этой боли ему становилось худо именно по причине ее не телесной природы. Ведь в этом была доля его вины. Не доглядел, не предвидел.
— …от рода Соллеморниан. По последним данным, — неизвестные хладнокровно убили шестерых жандармов и, предположительно, похитили посвященного Солля. Жандармерия подозревает…
Мальпурния… Волк со змеей вместо хвоста, на чьих клыках стоят чертоги Смерти. Глаза вулканы, когти, — цунами, шерсть, — пламя, клыки из чистого астарция, а тело, — твердая скала. Чудовище, что выходит в сумеречную пору, одной парой лап стоя на рассветном солнце, а второй, — в потемках самой темной ночи.
— …бандитские группировки, уже совершавшие подобные действия в адрес благородного…
Она корила себя за проступок которого не существовало, не зная об этом. И будет делать это, пока не найдет ответы, о которых у соволюда уже начинали закрадываться неприятные подозрения. Чересчур неприятные.
— …но тайные источники предполагают причастность возобновивших непомерную активность последователей культа…
Он вдруг вспомнил свое пробуждение после долгих столетий небытья…
Пылавший городишко на всхломлении леса, навеки застыл гримасой вечной агонии, лишившись жизни в один страшный присест. Обугленный, искореженный силуэт так и остался смотреть в многолунные ночи, черными зевами мертвых оконных рам плотью пепла.
И маленькая, беззащитная девчушка, — чумазая, грязная, полуживая. Единственная выжившая, но не потому, что такая особенная, а потому что астроболия. Она тормошила отголоски ушедших родителей, вместо пробуждения, распуская их по ветру. И плакала, плакала, плакала…
А он завороженно за нею наблюдал, не веря своим глазам, повидавшим столько крови и насилия, что хватило бы на целую планету. Именно тогда, не по своей воле, лишив стольких жизни, он тоже ощутил катящиеся слезы. Лил слезы вместе с малолетним ребёнком, что вскоре начал называть его «папой», ведь больше было некого. А спустя некоторое время и он назвал ее дочерью. Гораздо позже, чем посчитал таковой.
Он так до конца и не понял, что или кто именно, вернули его из пучины собственноручно обустроенного посмертия. Где он наконец сможет не лишать никого жизни, а уже лишенные не будут нашептывать на ночь свои страшные, ужасающие сказки…
— …Озморн Солль не дает никаких комментариев, ссылаясь…
Спектакль в поезде, арест Калибана, неожиданный даже для него контакт с отпрысками бездны. Последние, кстати, весьма его удивили. Целых пять отрядов собралось вокруг «Стеклянных Холмов» в ту дивную ночь. Но пообщаться он успел лишь с двумя.
— …напомним, что Владморн Солль в свете последних событий, считался крайне спорной фигурой среди новых родственников и…
Ситуация ему не нравилась, поскольку совсем расходилась с ожиданиями. Все должно было произойти совсем по другому. Ведь она этого заслуживала. Более чем кто либо и когда либо встреченный им на бескрайних просторах неисчислимых миров.
— …предполагают, что его взяли в плен с целью выкупа…
Что этим тварям потребовалось от него? Глупый вопрос с очевидным ответом.
Его передернуло от воспоминаний увиденного в ауре парня. Чистый, непоколебимый и незамутненный свет. Не тот, с которым так носились всяческие фанатики, воздвигая монументы и принося жертвы неведомым аватарам. О-нет, — нечто совершенно иное. Необузданное, первобытное, древнее, ужасающее. Пусть он и сам об этом даже не догадывался. Либо не подавал виду.
— …главный вопрос в этой ситуации…
Парень явившийся ей виденьем. Самый мощный неофициальный медиум, которого ему довелось встречать, видела беловолосого во снах, еще с малых лет. Как только догорели городишко, астроболия, детство…
— …жив ли Владморн Солль?…
Скоро появится много работы. Очень много.
Храм. Кровь. Тьма и свет. Бездна… и ее Песнь.
Началось.
