Глаз, обрамленный кругом солнечных лучей, тоже был из сплавов золота, имея в центре зрачка удивительной красоты топаз, размером с горошину. Амулет украшал грудь, повиснув на толстой плетеной цепи, полной серебра, платины и возможно куда более дорогих металлов, мне неизвестных.
Знак Глаза Истины, по традиции имел еще одно отражение. Не столь богатое, зато куда более впечатляющее. Зрачки жреца вихрями крутили мириады золотых песчинок внутри, придавая соответствующий окрас выступившим сосудам глазного яблока и будто сияя изнутри.
Вполне простецкое лицо выделялось массивной нижней челюстью едва не квадратной формы, а нос картошкой и почти незаметные брови только подчеркивали спорный образ. Коротко стриженные волосы торчали перпендикулярным ежом, будто срезанный под линейку куст.
Широкая кольчужная лента, словно у выпускника или римского сенатора, наискосок пересекала строгую рясу-мундир, смыкаясь на гранях кольце с крестом внутри. Наплечное украшение свидетельствовало о принадлежности к легендарному подразделению охотников за нечистью, — Белым Мундирам.
Однако больше всего мне не понравились его повадки. Плавные, уверенные движения вызывали ассоциацию с крупным хищником, вышедшим на разведку территории. Белая пума, ищущая добычи, чтобы приволочь в зубах побольше еды на пару-тройку дней.
— Здравствуйте, преподобный, — смиренно сказал я, понимая всю серьезность ситуации. — Меня зовут Влад… То есть… Теперь, полагаю, — Владморн. Рад знакомству!
Официальный представитель не только одной из колонн КРИО, но и самой распространенной церкви, нехорошо щурился, разглядывая меня.
— А я то как рад, дитя, — улыбнулся старик, похлопав меня по плечу и снова сомкнув руки в замок за спиной. — Надеюсь я не оторвал вас ни от каких важных дел?
— Да ну что вы, преподобный, — отрицательно замахал руками Оз. — Просто, вы так неожиданно быстро. Запрос подан только позавчера, — а уже сегодня вы почтили нас своим присутствием. Высочайшая честь для нас!
Старик, мало похожий своими габаритами на такового, мило улыбался, выслушивая любезности от Оза. Однако при его виде у меня, кроме тревоги не возникало ничего.
Он был чертовски опасен, что было заметно во всех его движениях, манерах, мимике. Опасен как астрант и как человек, хотя и убеждал в обратном. И пришел он лично далеко не потому, что все клерки якобы были заняты. Это уж точно.
— Как вам тут, в Хармине? — Заинтересовано спросил Гудман, присаживаясь на софу, соответствующую его одеждам. — Нравится?
— Очень, — согласился Оз, наливая чай. — Самое место для культурного отдыха.
— Рад что у вас все хорошо, в связи с последними событиями… — будто вскользь, намекнул преподобный на негласную охоту. — Надеюсь так будет и впредь. И если вас что-то будет… кхм… Беспокоить, — помните, что Астария Деус, как в частности и церковь, слышит всех.
Даже не намек, а прямой тон, слегка ошарашил Оза, но тот не будь дураком, тут же пришел в себя и, как ни в чем не бывало, продолжил чествовать гостя запасами столовой.
Я чувствовал себя не в своей тарелке, в пол-уха слушая непринужденную беседу Оза со старшим экзекутором фактически во всем Хармине. Такие люди просто так не заявляются лично, попить чайку. К сожалению, с системой здешней мотивации при контакте астрантов и Высоких Домов я не был знаком, а значит судить не о чем.
— Итак, — спустя некоторое время пустого трепа о достопримечательностях Хармина, стукнул жрец по коленям. — Владморн Эбенезморн Солль…
Пытаясь не запороть ничего, я даже не понял что старик обращается ко мне.
— Влад, — шепнул Оз, тайком стукнув меня локтем.
— М… Да, прошу прощения! Немного задумался.
— Ничего страшного, — вновь улыбнулся жрец, придав фальшивой доброжелательности своему лицу. — Готов ли ты стать частью великой семьи Соллей, рода Соллеморниан, преподнося ей только честь и славу, достоинство и богатство?
— Да, готов! — кивнул я, предварительно краем глаза наблюдая за одобрением Озморна.
— Готов ли ты дать обещание, что не запятнаешь сей великий род недостойными поступками, а свое гражданство, — преступлениями?
— Да. Готов.
— Готов ли ты нести в себе и своих поступках лишь доблесть и благодать, как своей новой семье, так и родине?
— Да…
Жрец вызывающе и в чем-то даже испытующе уставился на меня, будто ожидая, что сейчас у меня вырастут рог и хвост, после чего я спляшу во славу сатане, или чего они тут боятся.
— Я не чувствую в тебе лжи и притворства, — вдруг одобрительно кивнул преподобный. — А посему я принимаю твою клятву и признаю тебя, посвященным членом семьи Соллей и гражданином КРИО! Да пребудет в естестве и деяниях твоих Истина!
Пожалуй, нет ничего лучшего в жизни, чем знать чего хочешь и, хотя бы частично, быть уверенным в своих шагах, по достижению заданных целей. Как я успел удостовериться, — целей, в любом случае, должны быть несколько. Ведущих к одной великой идее. В ином случае теряется смысл происходящего.
Учитывая действующие в КРИО, факторы, на данный момент о планировании каких бы то ни было оформленных пожеланий, кроме того как «выжить», и речи идти не может.
