Они приехали раньше остальных. Крегг Маклин послал в столовую, поискать что-нибудь мало-мальски похожее на рождественский обед, а сам направился в оперативный штаб Дагвида в надежде, что по Питеру Эйру уже есть новости. К его удивлению, в комнате почти никого не было, лишь двое констеблей с неприкаянным видом копались в бумагах за своими столами.
– Старший инспектор на месте?
Маклин был готов поклясться, что один из констеблей хихикнул.
– Вы шутите, сэр! В Рождество? Улетел кататься на лыжах еще вчера и до Нового года не вернется.
– Но про Питера Эйра вам известно?
– Нам сообщили, сэр. Только что мы сейчас можем сделать?
– Что, черт возьми, значит – «можем сделать»? Заняться его розыском, разумеется!
Констебль помоложе виновато отвел взгляд, но другой – кажется, его звали Кэмерон, – очевидно, был орешком покрепче.
– При всем уважении, сэр, нас здесь слишком мало. Сами знаете, как выглядит праздничный график дежурств.
Маклина словно под дых ударили. Было такое чувство, что в голове разбух и лопнул пузырь возмущения, и весь здравый смысл лопнул вместе с ним. Каким-то чудом он сумел добраться до стула, иначе рухнул бы прямо на пол. В сущности, констебль ничего такого не сказал, но Маклин внезапно увидел себя на лестничной клетке рядом со своей квартирой, как он сжался в позе эмбриона у холодной стены, а над головой ползут тучи. А потом – внутри квартиры, несколькими годами ранее; он ухватился за раму распахнутого окна, глядя на тротуар далеко внизу и прикидывая, хватит ли высоты, чтобы все закончить и избавиться от болезненно сосущей пустоты внутри. А потом – в медленно движущейся ледяной воде; он стоял на коленях прямо на твердых осклизлых камнях и не замечал этого, не замечал вспышек фейерверка в честь нового тысячелетия над головой, ничего, кроме неподвижного тела, которое он прижимал к своей мокрой груди…
– Вы в порядке, сэр?
Голос констебля постарше. Точно, его зовут Кэмерон. Мартин Кэмерон. Серьезный, надежный полицейский. Даже странно, что до сих пор не сержант.
– Сэр?
Маклин поднял голову, сделал глубокий вдох, чтобы прийти в себя. Оба констебля вскочили на ноги и, словно в замедленной съемке, лавировали в его направлении между столами. Еще один обеспокоенный голос – из-за спины:
– Тони! Что ты здесь делаешь?
Он обернулся, перед глазами все поплыло. Не нужно вертеть головой так быстро. Он не мог понять, что происходит. Почему суперинтендант-то сегодня на работе?
– Мэм. – Маклин хотел встать, но ноги отказались слушаться.
– Инспектор Маклин, вы выглядите как ходячий труп! Констебль, что происходит? – На мгновение Макинтайр перевела взгляд на Кэмерона. Маклин еще раз попытался восстановить контроль над своим телом, а в глубине сознания неспешно проплывала мысль: «Интересно, вот это вот и называется шок?»
– Мы просто обсуждали новые обстоятельства дела, мэм. Инспектору удалось идентифицировать одного из членов шайки, что выращивала траву в той квартире в Ньюингтоне.
– Прекрасно! Я не сомневаюсь, что старший инспектор Дагвид будет рад новостям, когда выйдет из отпуска. – Взгляд Макинтайр вернулся к Маклину, в нем читался приказ – сиди, где сидишь! Не отрывая от него глаз, она продолжила: – Констебли, оставьте-ка нас на минутку. Время обеденное, отправляйтесь перекусить, вряд ли нас с инспектором успеют замучить звонками.
Констеблей упрашивать не пришлось. Две пары ног протопали по коридору в направлении индейки с гарниром. Удар захлопнувшейся двери эхом разнесся по большой комнате. Макинтайр, проводив констеблей взглядом, по-матерински положила руку Маклину на лоб. Ладонь показалась ему сухой и холодной.
– Тони, что здесь произошло? Ты весь горишь!
– Что-то голова закружилась. – Маклин отстранился от ее руки. Он был рад, что констебли ушли, хотя и не приходилось сомневаться, что про его полуобморок станет сегодня же известно всему управлению. – Сам не знаю отчего.
– Может, из-за того, что ночью ты провел полтора часа в сгоревшем доме?
Маклин в крайнем изумлении воззрился на суперинтенданта:
– Откуда вы…
– Старший инспектор Дагвид держит дом под круглосуточным наблюдением с момента пожара. По-моему, он только понапрасну теряет время, но не хватало еще мне вмешиваться в работу моих детективов. Наблюдатель увидел тебя и позвонил в управление. Дагвид в Канаде до конца праздников, в его отделе никого на месте не оказалось, поэтому доложили мне. Я распорядилась сразу тебя не трогать, но зайти и проверить, если через два часа ты не выйдешь наружу.
Маклин не знал, что сказать. Силы возвращались, головокружение почти прошло, но столь детальная осведомленность Макинтайр о его передвижениях его поразила. Пододвинув стул, суперинтендант уселась напротив.
– Тони, я боюсь даже представить, что ты пережил. Пожар лишил тебя всего. Всех связей с прошлым. Хуже, наверное, только родителей потерять.
– Я в порядке. Честное слово! Это просто… даже не знаю, как называется. Небольшое головокружение, и все. Слишком быстро вскочил на ноги. Так бывает, вы же знаете.
