Уже в третий раз ты будешь смотреть на город с высоты полёта облаков. В предыдущее твоё путешествие на дирижабле – это закончилось катастрофой, последствия которой – ещё долго будут преследовать тебя по ночам (ты бросил её; а ведь мог и спасти – мог ведь). Что же ждёт тебя в этот день?
Ничто не будет предвещать беды. Ветер успокоится, город останется всё таким же пустым и тихим, а небо мрачным. Внезапно, на горизонте появится другой дирижабль – точная копия этого.
– Я так и знал, что у них есть запасной, – закричит Вооружённый Философ на весь капитанский мостик, – они знали, что мы будем здесь – они нас ждали. Нужно разворачиваться – отменить миссию! Мы сделали всё, что могли.
– Мы не можем отступить не сейчас, – возразит Ник.
– Если мы останемся – мы погибнем.
– У нас боевой дирижабль – такой же, как и у них.
– Вот только они умеют им пользоваться, а мы – нет! Мы все погибнем и уж точно не сможем их остановить. Нам лучше сражаться на земле.
Ник улыбнётся.
– А вообще: я предвидел подобный исход событий. Всегда нужно быть готовым к сражению. Не волнуйся, Вооружённый, на нашем корабле – есть пушки.
– Откуда?
– У меня есть несколько очень талантливых друзей. Я уже показал своим ребятам как из них стрелять. Если они остались здесь во время беспорядков – уж поверь – они готовы сражаться в воздухе. Единственная проблема: вот бы дождь не пошел – иначе порох промокнет.
– Пороховые пушки?! Это же Трафальгарская битва!
– Это – всё равно лучше, чем кидать в них камнями, – он развернётся, – всем покинуть мостик – нам с Философом предстоит битва.
Философ тяжело вздохнёт, достанет вейп и рацию; сильно затянется и выдохнув огромное облако дыма, скажет:
– Никогда не думал, что окажусь в подобном положении. Однако, умереть на дирижабле – что может быть романтичнее?! Ник, что мне сказать твоим парням?
– Скажи, чтобы стреляли только по команде; и что бы ни нервничали.
– Эй, парни, эти ребята впереди нас – явно не на прогулку собрались. Главное помните: стрелять – только по моей команде и ни секундой раньше. Скоро будет дождь – мы не должны намочить порох. Не подведите: в конечном счёте – наши жизни зависят от вас. Ждать команды.
– Вас понял, сэр, – донеслось из рации.
– До связи.
Философ достанет подзорную трубу и наденет на голову треугольную шляпу. Теперь: он совсем будет похож на капитана воздушных пиратов. Будь у вас ещё один день – он, наверное, и попугаем обзавёлся бы.
Ты иронически улыбнёшься, глядя на него; но Нику – совсем не будет дела до Философа. Расстояние между двумя воздушными кораблями – будет стремительно уменьшаться с каждой секундой.
– Может, покинешь мостик? – наклонится к тебе Вооружённый Философ, вновь затянувшись вейпом, – мне предстоит битва. И если они и будут стрелять – то целиться будут именно в капитанский мостик. Здесь оставаться опасно.
– Ты знаешь меня много лет, Фрэнк, – скажешь ты с решительностью в голосе, – скажи: сколько раз ты убеждал меня рискнуть жизнью?
Философ засмеялся:
– Сбился со счёта после восьмидесятого.
– А в последний раз, когда мы вместе с теми сумасшедшими иммигрантами подорвали правительственные самолёты?! И после этого – ты думаешь напугать меня какой-то точной на горизонте?! Нет, дружище, я останусь с тобой до конца. И если ты умрёшь сегодня – значит, это и мой день; жаль только, что я – не успею уже закончить самую важную работу в своей жизни.
– Я могу дать тебе парашют. Ты можешь выжить. Не стоит так рисковать. Я – уже не тот авантюрист, каким был раньше.
Раздастся взрыв. Вражеский дирижабль откроет огонь; и, кажется, заденет бок вашего корабля.
– Вот видишь: я боюсь за тебя. Я не хочу, что бы погиб такой хороший человек как ты. Всё-таки: уходи.
– Я не уйду. Я не брошу тебя, дружище – что бы ты знал – никогда.
Вооружённый Философ присвистнет, явно довольный твоим ответом. Он выдохнет облако персикового пара
– Якорь мне в задницу! Так покажем этим ублюдкам – чего мы стоим!
Та дашь себе слово: если переживёшь этот день – нарисуешь портрет Вооружённого Философа в этом образе – сумасшедшего капитана воздушного корабля, пьяного от битвы.
Дуэль дирижаблей – начнётся.
– Слушай, – спросит Вооружённый у Музыканта, – а какой, собственно, у тебя план?
– Посмотри, – он даст ему трубку, – они развернулись к нам боком, чтобы давать залпы.
– Да; и что?
– И всё. Наша задача – выстоять перед ними.
– Что?
– Мы – пойдём на таран.
– Ты с ума сошел?! Шанс один из тысячи, что мы на сто метров к ним подойдём! Мы должны вести ответный огонь!
– Так мы долго не протянем, – он развернётся и пристально посмотрит Философу в глаза, – у нас бронированный нос корабля – им его не пробить. И если повезёт: мы сможем подойти достаточно близко, чтобы ударить по ним из всех орудий. Это – наш единственный шанс победить, пойми.
Услышав их разговор, ты подумаешь: планы о портрете Вооружённого Философа, пожалуй, уже можно откладывать до следующей жизни.
