Слуги разливали лучшие вина — виннамирские, выдержанные в темных подвалах, а в зале звучала приятная тихая музыка. Наконец и королевский стол был накрыт, и трапеза началась. Раф наполнял тарелку Кила снова и снова, удивляясь его способности употребить такое количество пищи, при этом не заболев. Себе самому он накладывал по чуть-чуть каждого блюда и ел медленно. Однако вина были его слабостью, и он выпил достаточно, чтобы прояснить голову и поднять настроение.
Раф не обращал внимания на пристальные злобные взгляды Стэфа и его компании за соседним столом. Наконец подали десерт. Кил с удовлетворением оглядел тарелки, и вскоре его лицо и салфетка были вымазаны сладким соком. Очередная рюмка вина помогла Рафу оправиться от смущения. Они были наполовину братьями, связанными кровью, и Кил все же не мог быть иным, чем он был.
Королева начала принимать посетителей за своим столом. Скудный ручеек просителей, желающих уступок или покровительства в обмен на свои подарки. Большинство были купцы, которые надеялись на снижение налогов и поднятие своего статуса в глазах новой королевы. Ларго Менсен, переваливаясь, подошел к королевской ложе. Он был мужчиной огромного роста и веса, его богатство и благосостояние были написаны на откормленных лицах его детей и супруги. Торговая Компания Менсена была богатейшей и самой влиятельной в стране.
Богатство аристократии, напротив, состояло в драгоценностях, богатой одежде и образованности. Они гордились своими стройными мускулистыми телами и живым интеллектом — все, кроме Кила, конечно, который с трудом держался на лошади, не говоря уже о фехтовании и стрельбе из лука. «Мой маленький купчонок», — любила говаривать его маменька. Пощипывая длинный ус, Раф наблюдал за действиями Ларго Менсена.
— Пойдем, — решил он, поспешно освободил брата от салфетки и как только мог хорошо вытер ему лицо. — Пойдем знакомиться с королевой.
Страх снова появился в голубых невыразительных глазах Кила:
— Я не хочу!
— Говорю тебе, что все будет в порядке. Теперь иди один, — и он вытолкнул юношу вперед.
Как только приблизился Раф, Менсен с поклонами удалился. Раф провел Кила мимо длинной очереди купцов, игнорируя их злобные взгляды. В смятении распорядитель забыл их представить.
— Ваше величество, — начал юный Д'Гулар с глубоким поклоном.
Резкий толчок локтя в бок заставил Кила вспомнить об этикете.
Джессмин Д'Геррик распахнула свои светло-зеленые глаза:
— Вы всегда так грубы, милорд?
— Всегда, — парировал Раф. — Это одна из многих черт, унаследованных мной от отца.
— А кто?..
— Хэррен Д'Гулар.
Сидевший рядом король нахмурился, но выражение лица королевы смягчилось:
— Мне очень жаль…
— Нет, нет, миледи, — Раф прервал ее. — Вы не должны просить прощения за то, что сделали. Король Роффо раскроил бы моему отцу голову так же легко, как тыкву… если бы Хэррен осмелился говорить с ним в таком тоне.
Королева опустила глаза в тарелку.
— Благодарю вас, лорд Д'Гулар. Могу я что-нибудь сделать для вас?
— Вы уже сделали для меня больше, чем вы думаете, — Раф усмехнулся, затем согнал с лица улыбку. — Нет, наоборот, я хочу кое-что сделать для вас. Остерегайтесь Ларго Менсена, ваше величество. Этот человек конкурирует с торговой компанией и использует запрещенные средства для своей победы. Он плут и лжец и недостоин вашего доверия.
— Да? — иронично заметала Джессмин. — А вы, несомненно, достойны моего доверия…
Раф покачал головой:
— Нет. Ваше величество. Мне тоже нельзя доверять, как и остальным моим согражданам. Ложь и предательство находятся в воздухе, которым мы дышим. — Он склонился к ней, понизив голос: — Прошу вас, мадам. Эта земля не стоит вашей жизни. Пусть разрушатся и погибнут эти дома и эти люди, но только не вы.
Король Виннамира предостерегающе протянул вперед руку, и кольцо вспыхнуло синим пламенем. Кил безотчетно подался вперед, расширив глаза.
— Он не причинит вам вреда, — быстро проговорил Раф, опасаясь взрывной натуры короля. — Кил, не надо…
— Какой красивый, — пробормотал его брат, не отрывая взгляда от Камня.
Затем он вскинул глаза на Джессмин: — Ты тоже очень красивая!
Он покраснел и опустил глаза.
— Спасибо, — поблагодарила королева, наклоняясь, чтобы погладить этого большого ребенка по руке. — Как вас зовут?
— Меня — Рэйфл, — ответил за обоих Раф, — а это — Кил, наполовину мой брат… и ваш, миледи. Тот самый, которого мой отец мечтает посадить на трон вместо вас.
Его ответ взволновал ее, но Джесс не подала вида.
— Замечательно, что мы наконец-то встретились, — она улыбнулась Килу с неподдельной искренностью.
— Я не хочу быть королем, — сказал Кил, уставившись круглыми глазами на тяжелый скипетр, лежавший рядом с королевой. — Я хочу быть бароном. — Затем он признался: — Я не очень сильный.
— Некоторые считают, что я тоже не очень сильная, — добавила Джессмин.
