Утомленные пляской, они расслабленно нежились в тепле друг друга. Кьяра, словно опомнившись, поцеловала вмятины от когтей, оставленные на коже эльфа. Он прикрыл глаза, погладил вдоль серебристой косы и признался:
— Сейчас мне очень хорошо, и ты очень хороша. Не хочется отрываться.
Словно поддавшись на магию этой откровенности, Кьяра сказала:
— Мне очень хорошо с тобой.
Неохотно отстранившись друг от друга, они подобрали вещи и двинулись в спальню. Развесив их на просушку, Кьяра нырнула под одеяло, сладко потянувшись. Эльф лег рядом и вдруг слегка поморщился, потирая шею и грудь.
— Что такое? — обеспокоилась тифлингесса.
— Ничего страшного. Видимо потянул что-то в пылу страсти.
“Я слишком увлеклась с когтями”, - подумала Кьяра.
Он вновь поморщился, схватившись за грудь:
— Нет, наверное, нужно прогуляться и подышать воздухом, — он поднялся с кровати. — Я скоро.
Первым побуждением девушки было пойти с ним. Она села на постели, и он остановил ее, положив руку на плечо:
— Не надо. Пойду наверх. Обещаю, я очень быстро.
Тифлингесса осталась в спальне и скрасила ожидание чтением книги, подаренной Задаром. Следующая сказка была о морской фее, которая так любила принца весеннего леса, что подарила ему собственное сердце, только он не ответил на ее любовь, и сердце ее стало маленьким и твердым, словно драгоценный камень. “У этого мира пунктик на всем, что связано с сердцем”, - пришла к выводу Кьяра.
Эльф не обманул и действительно быстро вернулся.
— Ммм, что читаешь? — спросил он, глядя через ее плечо.
Девушка приподняла раскрытую книгу, чтобы он мог полюбоваться прекрасно нарисованной морской феей на фоне акварельного океана.
Эльф присел рядом ней:
— Узнаю эти сказки. Няня читала мне. Добрая была женщина. Правда, я уже не помню, как ее звали…
— В детстве, сколько я себя помню, у меня никогда не было книжек с картинками, — сказала Кьяра, вглядываясь в детали рисунка. — А помню я себя лет с шести. Стою у дверей какого-то большого красивого дома, а со мной Мыша. Не знаю, может я там жила, а может в другом месте. Мне никогда не хотелось узнать, как меня создали, а вот кто? Чтобы задать вопрос: почему так? Почему я оказалась на улице?
Альбинос погладил ее по голове:
— Кто бы это ни был, он совершил большую ошибку.
Облокотившись о его плечо, Кьяра поняла, что хочет рассказать ему гораздо больше, и слова потекли, словно робкий родник:
— Долгое время я думала, что не оправдала ожиданий родителей или создателей… В шесть лет оказаться на улицах в Преисподней — не самая завидная судьба. Пару месяцев я проскиталась, пока меня, практически умирающую от голода, не подобрал один дьявол. Ему нужна была такая мелкая, которая везде сможет пролезть. Он промышлял воровством и меня научил. Способности к магии тогда ещё не проявились. Учитель он был жёсткий и за любой промах наказывал плетью. Впрочем, к боли я быстро привыкла, да и шкурка моя прочнее, чем кажется. Зато были кров и еда.
Она прикрыла глаза, вспоминая те времена. Они казались каким-то нереальным кошмаром. С тех пор она дала себе обещание всегда быть сильной.
— Однажды к нему пришли чего-то требовать, — продолжила Кьяра, — и он решил откупиться мной. Я подслушала разговор и сбежала, прихватив его любимый шакрам. До сих пор из оружия умею пользоваться только им. С тех пор я жила самостоятельно. Очень скоро проявилась магия, а я быстро схватывала, кого бить, а от кого убегать. Подросла, обзавелась связями, стала договариваться с дьяволами на мелкие заказы. Пока однажды мной не заинтересовался лорд Волмер, хозяин тех мест.
— У тебя было очень непростое прошлое, — кивнул Эридан, — но ты оказалась сильней. Ты выживешь в любых условиях, ведь и внутри очень гибкая, не только телом.
Она посмотрела ему в глаза:
— Приучает быть начеку, видеть во всем подвох. Вот ты сходил прогуляться, а я думаю, а твое ли это желание, может, тобой опять кто-то управляет.
— Да, причиняю тебе много хлопот, — согласился он, — без твоего присмотра я бы не зашел так далеко. Думаю, ты уже устала от этого.
— Если честно, да, устала, — призналась девушка. — Непривычно заботиться о ком-то, помимо себя. Однако мне хорошо с тобой, несмотря на проблемы, — немного помолчав, добавила с грустью в голосе. — Такое ощущение, что это или не закончится, или закончится твоей смертью, а я этого не хочу.
Он вновь приобнял ее, одаривая успокаивающим теплом. Девушка прикрыла глаза, в голове потекли мысли, рождаясь в новые слова.
— Ещё я обещала тебе рассказать про дочь. Малика — полуэльф. Она неудачно попыталась обокрасть меня на улицах Невервинтера, а я поймала ее за руку. Ей было примерно столько же, сколько и мне, когда я оказалась на улице. Мне стало жаль ее, не приспособлена она для такой жизни. Пришлось даже немного повздорить с местной гильдией, но все решили деньги. Воспитанием я толком и не занималась. Она приглянулась моей экономке, которая присматривала за домом в мое частое отсутствие. Научила девочку обычным женским вещам: шить, стряпать и прочему. А мне все равно не сиделось на одном месте, да и характер неуживчивый…
