Ибрахим ибн Сайяба написал однажды одному из своих друзей, который был равен ему по образованию но превосходил его по состоянию, ибо был весьма богат имуществом и богат денежной наличностью, прося друга дать ему взаймы немного денег, чтобы ему продержаться до того времени, пока он не получит того, на что надеется. И этот друг написал ему в ответ, извиняясь и говоря: «Поистине богатство таково, что о нем лгут и так и сяк и люди склонны приписывать другим то, чего на самом деле у них нет. Я же ныне стеснен в средствах, и мое положение не таково, как нам бы этого хотелось. И лучше всех это может понять и извинить умный друг».
Когда его ответ пришел к Ибн Сайяба, он написал ему: «Если ты лжешь, то да соделает тебя Аллах правдивым, а если ты заслуживаешь упрека, то да соделает тебя Аллах достойным оправдания».
♦
3—2653
Красноречивое слово, меткий афоризм, краткий занимательный рассказ составляют основу средневековой арабской прозы, чей девиз: «Забавляя — поучай».
Именно к этому стремились авторы многочисленных средневековых сочинений, в том числе антологий. Совершенствование человеческой личности в соответствии с принятыми в то время моральными нормами — вот какую нравственную и этическую задачу ставили перед собой литераторы средневековья. Предполагалось, что изучивший и запомнивший все разделы подобного сочинения становится «адибом» — человеком воспитанным и образованным, знакомым с основами поэзии, истории, законоведения, медицины и, главное, свободным от основных, по представлению людей того времени, недостатков — трусости, косноязычия и скупости. Все эти пороки, в свою очередь, являются проявлением главного порока — неразумия, проистекающего из невежества.
Средневековые арабские литераторы считали, что бороться с невежеством нужно, во-первых, сообщая необходимые знания, а во-вторых , высмеивая глупцов, скупых, необразованных и грубых людей, в поведении которых ярче всего проявляется несовершенство человеческой натуры.
Мастера арабской художественной прозы верили в силу красноречия. Аль-Джахиз писал в книге «Об искусстве речи»: «Если мысль благородна и речь ясна, они нисходят на душу, как дождь на плодородную землю... Слово, сказанное от сердца, падет в сердце, а сошедшее с языка, дойдет только до ушей».
Произведения арабских средневековых литераторов, где серьезное сменяется шуткой, а героические предания перемежаются с рассказами о дураках и скупых, напоминают «силены» — ларчики с аабавными изображениями на крышке, в которых хранились драгоценные снадобья. О «силенах» упоминает Рабле в предисловии к «Гар-
гантюа и Пантагрюэлю», и не следует удивляться этому сопоставлению — для Рабле, как н для арабских литераторов средневековья, образцом служили сочинения Платона, «величайшего из мудрецов», сравнивавшего мудрого Сократа с «силенами».
Одним из первых, кто облек дидактику в «одеяние красноречивых слов», был Ибн аль-Мукаффа (ум. в 727 г.), родом перс, знаток ирано-эллинистической традиции, которую он ввел в средневековую арабскую литературу как своими переводами с пехлеви — староперсидского языка, так и сочинениями «Книга адаба большая» и «Книга адаба малая». Адаба, то есть образованности, можно достигнуть, говорит Ибн аль-Мукаффа, прочитав и запомнив поучительные изречения Платона, Аристотеля, персидского вазира — мудрого Бузург-михра, Ануширвана — справедливого повелителя персов, хранителя арабской мудрости Лукмана.
Для литераторов последующих поколений материалом служили уже не только афоризмы древних, но и короткие рассказы, предания и стихи, собранные двумя замечательными литераторами и «учеными-фольклористами», как мы назвали бы их сейчас,— аль-Асмаи (740— 828) и Абу Убайдой (728—825). Особенно популярными и среди знати, и среди простых людей были «бедуинские рассказы», которые содержали главным образом остроумные изречения кочевников, считавшихся хранителями чистой арабской речи.
Аль-Асмаи и Абу Убайда записывали не только предания минувших веков, они интересовались также и современностью. Собранные ими анекдоты о людях, известных в свое время, стали как бы общей казной, из которой черпали все литераторы, и множество таких рассказов в самых разных сочинениях вводится словами: «Сказал аль-Асмаи». Или: «Говорит Абу Убайда».
Большую роль в формировании арабской прозы сыграл уроженец иракского города Басры Абу Усман аль-Джахиз — крупнейший средневековый арабский литератор и мыслитель.
