– Да, было дело. По дурости, конечно. Нельзя так делать. Я принимала какие-то таблетки – купила в Лондоне. Очень мало ела. Когда вернулась в Россию, меня никто не мог узнать, я была прямо как балеринка.
– Как быстро похудели?
– За два месяца. У меня после этого было сгущение крови и еще что-то с вестибулярным аппаратом, меня все время закидывало на сторону. Врачи были в ужасе от того, что я сделала с собой, они меня потом долго восстанавливали. Певцам нельзя сбрасывать много веса: теряются верхние ноты, нет опоры дыхания. Вот мне пришлось потом за три месяца возвращать вес: я ела булки со сливками, набрала три килограмма и восстановила весь свой диапазон.
– А какая неотвратимая сила вела вас на такие жертвы?
– Ну, мне хотелось выйти в спектакле красивой. Там все были мальчишки – молодые, элегантные, изящные. И мне хотелось тоже быть с ними молодой. Тем более что по сюжету моя героиня такая больная несчастная женщина, и с нахлынувшей на нее любовью она все время худела, худела… И молодела, молодела.
– Вот вы говорите «худела, молодела», а природу можно обмануть?
– Нет, нельзя. Вы знаете, я делала операции какие-то для красоты и для фигуры. На мгновение, на год, может быть, можно сделать себя опять хорошенькой и молодой. А потом все равно природа берет свое.
– Но вы и сейчас хорошенькая!
– Нет-нет, я уже давно ничего не делала с собой. Но к 75-летию собираюсь опять быть молодой и красивой. (Улыбается.)
– Еще такой момент. В свое время Валерий Леонтьев предложил вам спеть дуэтом, вы отказались. А с Тимати почему-то согласились.
– Ну, захотелось похулиганить, я похулиганила. Тем более Тимати мне понравился. Он, оказывается, очень глубокий человек.
– Правда? Только от вас я это узнаю.
– Да-да. В жизни он очень спокойный и очень знающий. Мне было приятно с ним общаться. А потом, были хорошие смешные тексты – мальчишки написали.
– А когда вы его увидели впервые… Парень весь в татуировках.
– Ну и что же? И я себе нарисовала татуировки.
– Да?!
– Ну почему не побаловаться. А после выступления на «Новой волне» Тимати прокатил меня в открытом кабриолете со скоростью 260 км/ч.
– Отважная женщина!
– Мы встали в самом начале улицы, он пропустил вперед все машины, включил дикую скорость и рванул. Но меня трудно удивить: у меня Жюрайтис был сумасшедший гонщик – я обычно приезжала с ним домой очень быстро и вся взмокшая от страха, вцепившись в сиденье. (Смеется.) Но никогда не показывала вида, что боюсь.
– А вообще, когда вам плохо, вы это демонстрируете?
– А зачем? Так ты несешь людям отрицательную энергию, это нехорошо, не по-человечески. Людям надо нести добро и радость. Я считаю, что плакаться можно только тихонько в подушку.
– Это всё ваше увлечение восточной философией?
– Возможно. Меня подтолкнул к этому Альгис – он занимался йогой, пытался и меня заразить, но ничего не получилось. Зато я стала читать очень много восточной литературы. Есть такой знаменитый индус, Ошо, я прочитала все его книги. Он писал, что прошлое уже ушло и не надо о нем думать. Будущего может не быть, поэтому не надо строить планы. А нужно жить вот сейчас, в данный момент, теми эмоциями, которые тебе Господь дает пережить…
– …и драматичные моменты жизни принимать стоически. Это, кажется, тоже из философии Ошо?
– Да-да… Я часто вспоминаю одну тетку, которая как-то пришла ко мне. Мне было 50. А у меня с 6-летнего возраста были страшные мигрени – от голода, как я понимаю, из-за блокады. Приходили всякие разные врачи, а тут однажды пришла такая бабулька здоровущая. Я лежала на диване, рыдала и кричала: «Ой, Господи, за что ты мне даешь такое наказание!» И эта женщина вдруг сказала мне: «Ах ты бесстыжая баба!» Я чуть с дивана не упала. «Да как тебе не стыдно! Всегда говори, когда что болит: спасибо, Господи, что только это. Столько людей кричат годами в больницах, а ты проорешься шесть часов, и все пройдет». И вот с тех пор я стала так говорить, и действительно, в том же году у меня закончилась мигрень. Теперь, что бы ни случилось, я всех учу говорить: спасибо, что только это.
– Отличный урок. Елена Васильевна, однажды вы подстриглись почти налысо, ввергнув в шок своих поклонников. Была веская причина?
