– Ну да. Но у нас был классический балет, были и народные танцы, и мы полюбили это на всю жизнь. Получается, что благодаря спорту у меня появилась страшная любовь к балету. Потому что всё, что показывали в Москве, что показывали в Ленинграде, Новосибирске, всё это я видела. Всё-всё. И я смотрела раз по двадцать все спектакли, которые шли в то время. Я смотрела все репетиции. Я даже помню репетицию Майи Михайловны Плисецкой «Болеро» Бежара. Я не знаю в Большом театре места, где бы я не стояла или не сидела на корточках. Я знала все составы исполнителей, дружила с балеринами. И этот мир подарила мне школа рабочей молодежи номер восемнадцать, в которой учились будущие режиссёры, актеры и танцоры. В том числе танцоры ансамбля Моисеева. Дружба и с самим Игорем Александровичем Моисеевым мне подарила очень многое, потому что я и у него сидела на репетициях… Как это всё в молодости успеваешь – непонятно. (Смеется.)
– А скажите, при таком насыщенном графике успевали влюбляться?
– О чем вы говорите, Вадим? Я три раза была замужем. Конечно, были романы, прекрасные романы. Но понимаете, страсть… страсть одна.
– Это спорт?
– Да, свое дело. Это не изменилось. Единственное, о чем я жалею, так это о том, что не закончила какого-нибудь настоящего университета. Жалко, что не удалось поучиться на филологическом.
– У вас в жизни были свои университеты.
– Да, но мне бы это не помешало. Даже то, что я не родила ребенка, хотя я могла это сделать сто пятьдесят тысяч раз… Но это другой вопрос.
– Вы не хотели родить ребенка, потому что считали, что это будет мешать делу?
– Нет-нет-нет, просто так голова моя была устроена: я всегда считала, что это обязательно будет потом.
– А потом время прошло.
– А потом да, как-то… Но знаете, мы предполагаем, а бог располагает. Вот. Я так много помогаю своим ученикам. И я считала их совершеннейшими людьми. Вот сейчас внук Федя, сын племянника Леши, играет в хоккей и очень похож на прадеда. Он сейчас на летних сборах. Ему пять лет только исполнилось, а у него пять раз в день тренировки, заканчивают они в десять вечера. Мне это очень нравится, потому что это вырабатывает дисциплину на всю жизнь. И он старается, – я вижу, как он, маленький ребенок, уже умеет терпеть. Потому что наша жизнь, и любая жизнь, требует терпения и страстного отношения.
– Татьяна Анатольевна, к вопросу о страсти. Насколько я знаю, вы очень быстро поженились с Владимиром Крайневым.
– Через девять дней после знакомства.
– ?
– Да, да, да. (Смеется.) И прожили вместе 33 года.
– Это какое-то невероятное легкомыслие – пойти в загс через девять дней знакомства.
– Ужасное. Мама моя была просто в шоке.
– Тем более у вас до этого уже было два брака. И у Крайнева один.
– Да я вообще не собиралась, если честно. Умер мой второй муж…
– Он спортсменом был?
– Нет, он был инженером. У меня не было мужей-спортсменов. Как-то бог миловал. Первым моим мужем был актер Леша Самойлов, сын Евгения Валерьяновича и брат Татьяны Самойловой. Мы недолго жили – только год. Я влюбилась в «Современник».
– То есть?
– Ну, он тогда работал в театре «Современник», и я влюбилась в «Современник».
– И муж, видимо, олицетворял для вас этот театр. А что потом? Разлюбили «Современник»?
– Нет, «Современник» остался на всю жизнь. Лешка хороший человек, но я хотела развиваться по-другому. Я не могла жить его жизнью. Он ложился тогда, когда я встаю на работу.
– И что, после смерти второго супруга вы закрыли для себя тему замужества?
