- А ты уверен, что закончил все дела? – осторожно спросил целитель Модж, явно намекая на Вэйпана.
- Нет, не закончил, - сказал Хьёлас. – Но они определённо могут подождать. Да я, впрочем, и спать не так уж сильно хочу… просто надеюсь, что после этого у меня в голове прояснится. О, кстати! – воскликнул он, словно обжёгшись о внезапное воспоминание. – А вы не хотите вернуть мой разум в здоровое функциональное состояние? Вы же опытный целитель?
- Ты в полном порядке, Хьёлас, - заверил его целитель Модж. – Пара мелких трещин в рёбрах и запястье, но процесс мы сейчас запустим, через час всё заживёт. Просто полежи спокойно, потом, если захочешь, я тебя усыплю.
- Я и сам могу, - махнул рукой Хьёлас. – Но мне… - он снова дёрнулся вперёд, так что Шетару пришлось удержать его за плечо, чтобы он не вырвался из-под его руки и не начал снова смеяться. – Мне надо успеть на вечернюю поверку! Это очень-очень важно!
- Успеешь, - заверил его Шетар. – Просто сиди и попытайся сосредоточиться, ладно?
- Лад… а что это ты делаешь? – спросил Хьёлас, дёрнув головой под ладонью ассистента.
- Замедляю эндорфины. Если ты снова начнёшь смеяться, мы не сможем понять, что с тобой.
- Эндо-что? А это влияет на разум? А ты опытный целитель?
- Дыши медленно, Хьёлас, - посоветовал целитель Модж. – Можешь закрыть глаза.
«Ладно. Только вряд ли это поможет».
Проснулся Хьёлас от острого переполняющего чувства счастья, и просто не мог оставаться в кровати. События вчерашнего дня всё ещё немного путались и по-прежнему были способны вывести его из состояния равновесия, но теперь он был лучше готов к встрече со знакомой реальностью.
- Эй, ты как там? – спросил он у Вэйпана.
- С транспортом разобрался. Как раз думал, не надо ли тебя разбудить. Сам знаешь – уже несколько дней прошло, есть риск, что мы вот-вот объединимся. Да и я, признаться, уже с ног валюсь.
- Да, ты прав. Дуй сюда, будем восстанавливаться в контролируемых условиях.
- Буду минут через двадцать.
Хьёлас не знал, есть ли смысл приводить себя в порядок – всё равно неясно, во что он превратится после воссоединения. Поэтому он решил потратить время на разбор почты – за два дня на приёмнике собралось целое полчище нунциев. Он усмехнулся – решение в стиле старого доброго Хьёласа. И никаких нездоровых припадков смеха.
К счастью, ничего критически важного в эти дни не приходило. Снова жалоба на Виору, пара нунциев от мастера Гато, который требовал Хьёласа в школу, пока не сообразил, что он не взял с собой приёмник, приглашение на очередной благотворительный приём… тревожные вопросы от Виоры – Хьёлас поставил себе мысленную пометку ответить ей перед завтраком, когда она наверняка проснётся.
Вопреки опасениям, воссоединение с Вэйпаном оказалось не слишком шокирующим. По сравнению с тем, что происходило с остальными, его роль была довольно заурядной: пока происходило всё самое интересное он оставался дома, а потом, когда всё закончилось, дважды слетал к Мёртвому Городу, чтобы забрать вэйпаны: Золтана и свой собственный. Утомительно, конечно, но ничего сверхъестественного.
Следующие дни Хьёлас провёл как во сне. Он честно старался следовать расписанию и собственному графику в ежедневнике, но почему-то это было похоже на полезную, но всё же смешную игру. Если ежедневник не зачарован, и записанное в нём не совершается само собой – какой в нём смысл? Эти смешные повседневные дела и в голове можно удержать, а если вдруг захочется поменять их местами – нет проблем, к появлению двойников это не приведёт.
И всё же довольно много времени Хьёлас потратил на то, чтобы уложить всё произошедшее в своей голове. Сначала он просто вспоминал и пытался анализировать каждый свой шаг. Потом начал записывать на черновики особо навязчивые мысли. Обретая форму на бумаге, они переставали терзать его память, это помогало. На четвёртый день он смог, наконец, вспомнить момент воссоединения и сдержать смех. На шестой – даже восстановил более-менее чёткую хронологию событий и вдруг сообразил, что «восстанавливающее разум заклинание» к нему так и не применили. Но когда он решил проверить соответствующую запись в Книге, оказалось вдруг, что самая первая страница вырвана.
На седьмой день утром Хьёлас рассказал обо всём произошедшем мастеру Нэвиктусу.
Сначала он хотел промолчать – по тем же причинам, по которым предпочёл бы, чтобы его эксперимент остался в тайне от бюрократов и политиков. Но потом понял, что если не может доверять своему наставнику – то вообще никому, включая себя, и выложил всё, как на духу.
- Удивительные вещи ты рассказываешь, Хьёлас, - сказал тот, терпеливо выслушав всю историю, и даже ни разу не упрекнув за несдержанный смех. – И по итогам вопрос у меня, собственно, только один. Ты собираешься поступать в старшую школу?
