«Э-э, нет, не пойдёт! – возразил сам себе Хьёлас. – Это сейчас ты на адреналине, а что будет там, рядом с Сердцем Пустоты? Опять впадёшь в апатию и забудешь следить за временем. Тебе вообще несказанно повезло, что за час, на который ты отстал от графика, обстановка на маршруте не изменилась и ты не встретил никакую тварь. Так что, будь добр, не гонись за мнимой лёгкостью, а аккуратно и добросовестно продумай план, которому будешь следовать».
Да, торопиться надо не спеша. Хьёласу пришлось несколько раз глубоко вдохнуть и выдохнуть, чтобы принять новую концепцию. Он не воспользуется прежним планом. Но на его основе он может составить новый. Вопрос Книге: будет ли план на месте третьего Сердца таким же успешным, если воплотить его на полчаса позже? Какой из маршрутов наиболее оптимальный?
Уже собираясь открыть книгу, Хьёлас бросил взгляд на карту и снова выругался. Нельзя тащить третье Сердце туда, куда он наметил, иначе вэйпан, на котором «Общежитие» его подстраховывает, рухнет, как только Сердце поглотит фоновую магию и он останется без точки опоры. Надо взять или восточнее, или западнее, причём первое явно будет проще – там открытая местность, а значит, твари ходят там редко. Но не хотелось бы портить район с таким хорошим песком… А значит, надо попытаться найти маршрут на запад, но и не слишком упорствовать: от добра добра не ищут.
Хьёлас убил на планирование более четверти часа драгоценного времени. Солнце уже явственно склонялось к закату, но небольшой запас времени ещё был. Книга добросовестно указала ему оптимальный маршрут, подсказала, как его лучше скорректировать, посоветовала подумать ещё раз о том, как будет проходить финальная стадия операции. И Хьёлас подумал.
Вот он довозит Сердце до нужной точки и выпускает жёлтый сигнал, чтобы объединиться с Общежитием. Можно, конечно, дождаться заката, но такой принудительный способ воссоединения они решили оставить на самый крайний случай – неизвестно же, как именно они будут соединяться – попарно, или сразу все. Это было бы неприятно и нежелательно, если этого можно избежать – значит, жёлтый сигнал с открытого места. Общежитие выглядывает, они объединяются посередине…
Оп-па.
Вот оно.
Хьёлас будет значительно ближе, чем ожидает «Общежитие», и эта «середина» между ними окажется в зоне действия Сердца и на высоте нескольких сотен футов, они не смогут левитировать и тупо разобьются, а это сильно усложнит дальнейшее воссоединение, если оно вообще окажется возможным. Значит, нужно посылать красный сигнал, чтобы после «Общежития» сразу же подключался «Кабинет». Так они окажутся дальше от опасной зоны и смогут сплести левитацию.
На этот раз Книга одобрила план, и Хьёлас сразу же приступил к его исполнению.
«Вот интересно, а предложение «ещё раз продумать финальную стадию» относится к случайностям или к результату эксперимента?» Что-то с этой Книгой, кажется, всё-таки не так. Если она начала вдруг сама себе противоречить… не могло ли с её магией что-то случиться на этой жуткой территории?
Хьёлас задыхался на бегу и уже ненавидел себя за своё ослиное упрямство. Второе дыхание у него, конечно, открылось, и его обычно хватает надолго, но достаточно ли? «Что ж, ничто не помешает мне вызвать эвакуацию раньше, если что пойдёт не так».
В некоторых книгах, с которыми они ознакомились, пытаясь понять, что такое Сердце Пустоты, откуда оно взялось и как влияло на людей прежних эпох, утверждалось, что древние, хоть и не владели магией, но каким-то образом чувствовали тлетворное влияние Сердец, которых было больше шести десятков по всему городу. Они пытались их спрятать с глаз, изолировать, обезопасить. В одной из статей было даже высказано предположение о каком-то специальном бункере в одном из секторов, где каждое Сердце держалось в отдельной комнате. Но третье Сердце на счету Хьёласа было спрятано в подземелье под каким-то строением, которое размером и пропорциями напоминало какое-то культовое место, но точно Хьёлас не был уверен. Форма крыши, колонны, большое пустое пространство вокруг – всё выделяло это здание среди окружающих.
Хьёлас сбил прогнивший замок и вошёл внутрь. Зачем нужно было запирать дверь – не совсем ясно: внутри было пусто и уныло, как и везде в городе. К сожалению, по жалким обломкам реликвий ничего нельзя было сказать о богах, которым тут служили. Не было ни идолов, ни мебели, ни даже старых трухлявых документов, рассыпающихся от одного касания. Несколько разочарованный, Хьёлас пошёл к боковой двери, за которой, предположительно, начинался спуск в катакомбы.
Здесь он чувствовал себя получше, чем на третьем этаже дома без точки опоры, но ненамного. Быть погребённым заживо – ненамного приятнее, чем упасть с высоты, а это здание, не менее огромное и не менее старое, тоже не опиралось ни на что, кроме бестолковой ненадёжной почвы. Хьёлас достал из рюкзака один из саламандровых хвостов – прут из светящегося в темноте вещества, - и начал медленно спускаться по винтовой лестнице.
