Я не мог поймать сразу трёх женщин, учитывая то, что две из них были вооружены, но я подкараулил их с дерева, и первой же женщине бросил в ноги специальное изобретённое мной оружие, что представляло из себя верёвку с двумя камнями на концах. Попав в ноги, такая верёвка обматывала ноги, и не позволяла сразу бежать. Две других атаковали меня, я легко убил их ядовитыми дротиками, потом подошёл к выжившей молодой неандерталке, и быстро связал её, а ядовитые дротики забрал, чтобы скрыть содеянное. Я знал, пока племя хватится женщин пройдёт несколько часов, этого достаточно, чтобы уйти далеко, да и станут ли её искать вообще.
Женщина была в ужасе, дико сопротивлялась, я связал её по рукам и ногам, сунул в рот кляп, взвалил на плечо и потащил прочь от стойбища, одновременно запутав следы в том ручье, который заранее наметил. Процедура похищения прошла без сучка и задоринки. Я отнёс её в свою пещеру, что находилась довольно далеко от её родного племени, и оставил там, привязав так, чтобы её руки не затекли от недостатка прилива крови, но чтобы она не могла сбежать.
Потом дал ей попить и поесть, я старался накормить её хорошо, чтобы она оценила ценность жизни у меня под боком. А на следующую ночь я занимался с ней тем, чем давно не занимался с женщинами. Она стонала и кричала, сопротивлялась, но ничего потерпит.
Потом был долгий период, мы жили с ней вместе как одна семья, я держал её связанной, и она не могла сбежать, хотя постоянно пыталась, я хорошо кормил её, и постепенно учил говорить на своём языке. Она училась, пыталась, и вскоре, спустя пару лет мы с ней смогли разговаривать, так как будто мой язык был ей родным. Я сшил для неё хорошую тёплую одежду, приобщил к своей культуре и роскоши, хорошо кормил, и она не знала куда бежать, постепенно, её ненависть пошла на спад, и она стала терпеть меня, я смог развязать её и выпускать из пещеры. Мы свыклись. Я хотел детей, потому что хотел создать с ней новое племя, но, несмотря на все мои усилия, по прошествии трёх лет, она так и не забеременела, я не думаю, что она была какой-то ущербной. Просто именно мои гены с генами неандертальцев не скрещивались, и я не мог иметь детей от неё.
