В течение нескольких секунд Мэтью сомневался, что Диана сдвинется с места. С ее пальцев свисали золотистые и серебристые нити. Они ярко мерцали, словно пытаясь соединить то, что внезапно и столь ужасающим образом оборвалось. Диана сделала робкий шаг. Потом второй. Мэтью видел, как дрожит ее спина, которую Диана пыталась держать прямой. Ее голова склонилась вперед. Затем она расправила плечи и медленно пошла на свет фонариков.
– Черт бы меня побрал, но я с самого начала знал, что вы разобьете ей сердце! – крикнул Мэтью Крис.
Он обнял подошедшую Диану.
Крис ошибался: это сердце Мэтью сейчас распадалось на куски, а вместе с сердцем ломалось его самообладание, здравый рассудок и последние остатки человечности.
Маркус внимательно следил за отцом. Галлоглас и Крис повели Диану к машине. Когда они скрылись из виду, Мэтью рванулся следом. Маркус поймал его за руку.
– Ты намерен сделать это без нее? – спросил Маркус.
С момента его расставания с Фиби прошло менее двенадцати часов, но ему уже было тяжело.
– Иного не остается, – ответил Мэтью, хотя сейчас не представлял, как это у него получится.
– Диана знает, как разлука скажется на тебе?
Маркусу до сих пор снились кошмары о страданиях Изабо, когда Филипп попал в плен и потом, когда его не стало. Изабо превратилась в оболочку. У Маркуса все внутри разрывалось, глядя, как она трясется, совершает нелепые поступки и корчится от физической боли. А ведь его дед и бабушка принадлежали к немногим счастливым вампирским парам, которые могли на время расставаться. Бешенство крови у Мэтью делало это невозможным. Еще перед окончательным установлением парных уз между Мэтью и Дианой Изабо предупредила Маркуса: если что-то случится с Дианой, поведение Мэтью может измениться до неузнаваемости.
– Она знает? – повторил вопрос Маркус.
– Не до конца. Зато она знает, что́ случилось бы со мной, останься я здесь и подчинись брату. – Мэтью освободился от руки сына. – Тебе незачем влезать во все это и ехать со мной. У тебя еще есть выбор. Если повинишься и попросишь прощения, Болдуин примет тебя под свое крыло.
– Ты не забыл, что свой выбор я сделал еще в тысяча семьсот восемьдесят первом году? – При лунном свете глаза Маркуса казались серебристыми. – И сегодня ты подтвердил правильность моего выбора.
– Нет никаких гарантий, что это удастся, – предупредил сына Мэтью. – Болдуин может заартачиться и отказаться признать ответвление. Да и Конгрегация может узнать о нашей затее раньше, чем мы доведем ее до конца. Бог свидетель, у твоих детей есть причины противиться всему этому.
– Под козырек они, конечно, не возьмут, однако мои дети сделают то, что я им скажу. Возможно, не сразу, но сделают. И потом, – добавил Маркус, – ты теперь находишься под моей защитой. – (Мэтью удивленно посмотрел на сына.) – Твоя безопасность, безопасность твоей истинной пары и детей, которых она носит, нынче является первостепенной заботой ордена Рыцарей Лазаря, – пояснил Маркус. – Болдуин может сыпать угрозами направо и налево, но у меня в подчинении находится более тысячи вампиров, демонов и даже ведьм.
– Они ни за что тебе не подчинятся, – возразил Мэтью. – Особенно когда узнают, за кого ты призываешь их сражаться.
– А как, по-твоему, мне вообще удалось набрать их в свои ряды? – усмехнулся Маркус. – Или ты решил, что, кроме вас с Дианой, на планете больше нет недовольных заветом и его ограничениями?
Но Мэтью было не до ответа. Он ощутил первый импульс, толкавший его побежать вслед за Дианой. Вскоре он уже не сможет сесть и сосредоточиться. Инстинкты потребуют все бросить и мчаться к ней. И чем дальше, тем настойчивее станет их голос.
– Пошли, – сказал Маркус, обнимая отца за плечи. – Джек и Эндрю ждут нас. Полагаю, этого жуткого пса нам тоже придется взять в Новый Орлеан.
Мэтью по-прежнему не отвечал. Он вслушивался в голос Дианы, в ее неповторимые шаги и ритм бьющегося сердца. Но вокруг была лишь тишина, а звезды светили совсем тускло и не могли указать ему путь домой.
Когда Солнце проходит через Весы, это благоприятное время для путешествий.
Остерегайтесь явных врагов, войны и противостояния.
– Мириам, да открой же ты, пока я не разнес эту чертову дверь! – Галлоглас и не думал шутить.
Мириам настежь распахнула дверь:
– Пусть Мэтью и уехал, но это не дает тебе свободы фокусничать. Я слежу за тобой.
Слова Мириам не удивили Галлогласа. Как-то Джейсон поделился с ним своим опытом становления вампиром под руководством Мириам. Джейсон убедился: всеведущее, всевидящее и мстительное божество действительно существует, но, в отличие от библейских повествований, божество это было женского рода и весьма саркастичным.
