– Эта часть Лондона покажется вам несколько необычной… с магической точки зрения, – бодрым и властным тоном произнесла женщина. Такой тон я слышала только у англичанок определенного возраста и социального положения. – Если вы и дальше собираетесь накладывать заклинания, вам непременно стоит подумать о мерах предосторожности.
Пока женщина шла ко мне, я застыла, переживая момент дежавю. Она напоминала ведьму, знакомую мне по 1591 году, – земляную ведьму Марджори Купер. Тогда Марджори помогла мне соткать первое заклинание.
– Меня зовут Линда Кросби. – Женщина улыбнулась, и сходство с Марджори стало еще разительнее. – Добро пожаловать домой, Диана Бишоп. Мы ожидали твоего появления.
Я очумело смотрела на нее.
– А я тетя Дианы, – сказала Сара и, помолчав, представилась: – Сара Бишоп.
– Рада знакомству, – искренне ответила Линда, пожимая Сарину руку.
Обе ведьмы смотрели на мои ноги. За время короткой церемонии знакомства голубые и янтарные нити времени опали. Они постепенно гасли, поглощаемые окружающим пространством. Но дверь мастерской месье Валлена и сейчас оставалась видимой.
– Пусть эта дверь останется еще на несколько минут. Как-никак ты же путешественница во времени.
Линда уселась на изогнутую скамейку. Несколько таких скамеек окаймляли круглую кирпичную чашу для цветов. Когда-то на этом самом месте во дворе «Кардинальской шапки» был колодец.
– Ты из семейства Хаббарда будешь? – спросила Сара, доставая из кармана пачку запретных сигарет и предлагая Линде.
– Я же ведьма, – сказала Линда, беря сигарету. – И живу в Лондоне. А потому – да, я принадлежу к семье отца Хаббарда и тем горжусь.
Галлоглас чиркнул зажигалкой. Ведьмы прикурили, после чего он зажег свою сигарету. Все трое дымили как трубы, но старались, чтобы дым не шел в мою сторону.
– Я пока Хаббарда живьем не видела, – призналась Сара. – Зато большинство известных мне вампиров не слишком-то высокого мнения о нем.
– Неужели? – с явным интересом спросила Линда. – Очень странно. Отца Хаббарда здесь очень любят. Он защищает всех, не разбирая, кто перед ним: демон, вампир или ведьма. Число желающих переселиться на его территорию так велико, что это привело к жилищному кризису. Он не успевает покупать недвижимость для расселения всех жаждущих.
– Был он мерзким типом, таким и остался, – пробормотал Галлоглас.
– Что за лексикон! – воскликнула шокированная Линда.
– И сколько ведьм в городе? – поинтересовалась Сара.
– Три дюжины, – ответила Линда. – Мы вынуждены ограничивать численность, иначе Квадратная Миля превратилась бы в сумасшедший дом.
– Мэдисонский шабаш такой же величины, – сообщила Сара, довольная услышанным. – Встречи устраивать легче, это уж как пить дать.
– Мы ежемесячно собираемся в крипте отца Хаббарда. Он живет в развалинах монастыря Грейфрайерс. Вот там. – Сигарета Линды указала к северу от Плейхаус-Ярда. – Нынче в самом Сити утвердились вампиры. Финансисты, разного рода консультанты по ценным бумагам и так далее. Сдавать ведьмам свои конференц-залы они не любят… Я не хотела вас обидеть, сэр, – сказала Линда.
– Я в Сити не работаю, – пожал плечами Галлоглас.
– Грейфрайерс? Неужели леди Агнесса перебралась в другое место? – удивилась я.
В конце XVI века в Лондоне только и было разговоров о выходках этого призрака.
– Нет, конечно. Леди Агнесса осталась на прежнем месте. С помощью отца Хаббарда мы сумели достичь мирового соглашения между ней и королевой Изабеллой. По-моему, сейчас они даже подружились, чего не скажешь о призраке Элизабет Бартон. С тех пор как вышел известный роман о Кромвеле, она стала просто невыносимой. – Линда взглянула на мой живот. – В этом году, когда мы отмечали Мейбон, Элизабет Бартон вклинилась в наше чаепитие и сообщила, что ты ждешь двойню.
– Так оно и есть.
Даже лондонские призраки знали о моей беременности.
– Пророчества Элизабет трудно принимать всерьез, хотя порой они сбываются. Но при этом она всегда пронзительно орет. Это так… вульгарно.
Линда скривила губы. Сара сочувственно кивнула.
– Стыдно признаваться, но, кажется, мое заклинание на обратный ход времени утратило силу, – сказала я.
Я не только снова видела свою лодыжку (правда, учитывая размеры живота, для этого нужно было поднять ногу). Дверь мастерской месье Валлена полностью исчезла.
– Утратило силу? – засмеялась Линда. – Ты так говоришь, будто твоя магия имеет… срок реализации.
– Я не приказывала заклинанию исчезнуть, – проворчала я.
Но ведь я и не давала ему приказа начаться.
– Заклинание рассыпалось, потому что ты плоховато его завела, – объяснила Сара. – Заклинания с обратным ходом времени – они такие. Если хорошенько «ручку не покрутишь», попыхтят и остановятся.
– Мы бы посоветовали тебе: как только наложишь заклинание обратного хода времени, не дави на него. – Сейчас Линда напомнила мне учительницу физкультуры, когда я училась в седьмом классе. – При наложении сосредоточиваешь на нем все свое внимание и в последнюю минуту отходишь в сторону.
– Сознаю ошибку, – сказала я. – Теперь я могу двигаться?
Линда наморщила лоб, оглядев Плейхаус-Ярд.
