– Означает ли это, что ты готова делать все ради благополучия твоей семьи, как делала в шестнадцатом веке? Даже если потребуется взяться за высшую магию? – спросила Сара, бросая мне вызов.
– Да.
Уверенный голос не подкреплялся мой внутренней уверенностью.
– Высшая магия? Она же вплотную соприкасается с черной. – Линда даже просияла. – Я могу помочь?
– Нет! – отрезала я.
– Возможно, – почти одновременно со мной ответила Сара.
– Что ж, если тебе понадобится наша помощь, позвони. Леонард знает, как до меня добраться, – сказала Линда. – Лондонский шабаш к твоим услугам. А если бы ты еще и побывала на нашей встрече, это сильно подняло бы моральный дух.
– Там видно будет, – уклончиво ответила я, не желая связывать себя обещанием, которое не смогу сдержать. – Я нахожусь в затруднительном положении и не хотела бы никому усложнять жизнь.
– От вампиров одни сложности, – с явным неодобрением произнесла Линда. – Вечно чем-то недовольны или заводятся с пол-оборота. И как им не надоест враждовать между собой? С ними действительно тяжко. Но все мы – одна большая семья, о чем отец Хаббард не устает нам напоминать.
– Одна большая семья, – повторила я, оглядывая места, где когда-то жила. – Возможно, отец Хаббард с самого начала был прав.
– Мы тоже так думаем. Постарайся прийти на очередную нашу встречу. Дорис приготовит потрясающий торт «Баттенберг».
Сара с Линдой на всякий случай обменялись телефонами. Галлоглас отправился к Аптекарскому залу и пронзительным свистом вызвал Леонарда с машиной. Я украдкой сфотографировала на мобильник Плейхаус-Ярд и послала Мэтью без заголовка и каких-либо пояснений.
Ведь магия – это всего лишь осуществленное желание.
Прохладный октябрьский ветер, налетевший с Темзы, подхватил мои невысказанные желания и унес в небо. Так они станут заклинанием, которое поможет Мэтью благополучно вернуться ко мне.
Мы сидели за большим столом в уютном уголке ресторана «Уолсли». Передо мной на тарелке лежал кусок торта «Баттенберг». Его клетчатый розово-желтый бисквит был влажным от обильной пропитки и со всех сторон покрыт ярко-желтой глазурью. Запретное лакомство в моем состоянии. Рядом примостился чайник с еще более запретным черным чаем. Подняв крышку, я втянула его пьянящий аромат и вздохнула от счастья. Чая с тортом мне страстно хотелось с того самого дня, когда в Блэкфрайерсе мы неожиданно встретили Линду Кросби.
Хэмиш регулярно приходил сюда завтракать. Этот ресторан на Пикадилли никогда не пустовал. И все же Хэмишу удалось на целое утро закрепить за нами стол. Более того, демон вел себя так, словно зал ресторана и персонал были его офисом. Пока мы тут сидели, он сделал не менее дюжины телефонных звонков, договорился о нескольких встречах за ланчем (три из них, к моему ужасу, приходились на один и тот же день) и успел досконально прочитать все лондонские ежедневные газеты. Он позаботился (да благословят его Небеса), чтобы местный кондитер приготовил торт заблаговременно, объяснив это моим состоянием. Скорость, с какой его просьба была исполнена, либо еще раз подчеркивала влияние Хэмиша, либо свидетельствовала о том, что молодой кондитер, ловко орудующий скалками и миксерами, понимал особую связь между беременной женщиной и сахаром.
– Мы тут торчим уже целую вечность, – ворчала Сара.
Она проглотила яйцо всмятку, добавив к нему поджаренные хлебцы и запив это целым океаном черного кофе. Утолив голод, она целиком погрузилась в ожидание, поглядывая то на часы, то на дверь.
– Когда бабуля занимается вымогательством, то не любит торопиться, – сказал Галлоглас.
Он любезно улыбался женщинам за соседним столом. Те восхищенно поглядывали на его мускулистые руки, щедро украшенные татуировкой.
– Во мне скопилось столько кофеина, что я готов сам отправиться в Вестминстер, если они не появятся в ближайшее время, – заявил Хэмиш и махнул официанту. – Адам, принесите еще чашку капучино. Лучше без кофеина.
– Разумеется, сэр. Желаете еще порцию тостов и джем?
– Да, пожалуйста. – Хэмиш протянул Адаму пустую решетку для тостов. – С клубничным. Вы же знаете, я не могу устоять перед клубникой.
– Все равно не понимаю, почему мы не могли дожидаться возвращения бабули и Фиби, сидя дома? – спросил Галлоглас, ерзая на стульчике.
Стул был явно не рассчитан на особу его габаритов. В ресторане собирались члены парламента, светские дамы, телеведущие и прочая публика, отличающаяся худосочностью.
– Объясняю еще раз. Соседи Дианы – люди богатые и склонные к паранойе. Дом почти год пустовал. И вдруг в нем закипела жизнь, причем круглосуточная. Мясной магазин «Алленс из Мейфэра» ежедневно туда что-то привозит. – Хэмиш освободил местечко на столе для новой чашки капучино. – Нам совсем не надо, чтобы соседи посчитали вас главарями международного наркокартеля и вызвали полицию. Центральное полицейское отделение Вест-Энда кишит колдунами. Особенно Управление криминальной полиции. И не забывай: покровительство Хаббарда распространяется только на Сити.
