– У тебя эфир вечером, – сказала Саша, – как поведешь?
– Тему поменяю, конечно, там что-то веселое было… Может, и вовсе буду только принимать звонки. Вдруг кто-то расскажет об Искре…
Когда кафе открылось и в него повалили веселые люди, жаждущие общения с котиками, Саша и Полина перебрались в подсобку. Здесь было душновато, гудели обе посудомоечные машины, и, казалось, тоска сгустилась еще больше.
– Может, еще раз дворы обойти?
– Бесполезно. Анька с утра уже сбегала, все бумажными объявлениями обклеила. Сейчас везде шумно, если Искра на улице, то, наверное, спряталась.
– Как же я задолбалась, – сказала Полина, утыкаясь лицом в ладони. – Кошка исчезла, с Андреем непонятно что, с проектом сложности…
– А с Андреем – что? – осторожно спросила Саша.
И Полина неожиданно для себя все ей выложила.
О спокойствии, вежливом непонимании родителей, о своем выборе, сделанном непонятно из каких чувств, о том, как в последнее время кажется, что все трещит по швам. Удивительное дело: внешняя картинка такая красивая, целлулоидная, как выразились бы Полинины подписчики, а внутри – темень, запах земли и муравьиное копошенье.
– Она меня за муки полюбила, а я ее – за состраданье к ним, – процитировала Саша, – хотя в оригинале там немного по-другому… Но в данном случае перевод Вайнберга подходит прекрасно. Полька, ты с ума сошла?
– Почему?
– Нельзя строить взаимоотношения – и серьезные, раз уж дело дошло до предложения руки и сердца! – на мысли, что тебя, кроме этого человека, не полюбит никто и никогда, и это твой единственный шанс.
– Так это выглядит со стороны?
– Гораздо важнее, как это выглядит изнутри.
– Саша, я не знаю…
В подсобку заглянул Димон.
– Девочки, вам чаю сделать? Или кофе? Бутерброды?
– А давай-ка кофе и бутерброды, – решила за двоих Саша. – Полина, ты небось не ела сегодня.
– Я не могу.
– Можешь, – отрезала Маковецкая. – И вообще, хватит впадать в тоску. Она не помогает, только еще глубже опрокидывает тебя в яму. Пойдем разомнемся. Поможем в зале.
Саша потянула Полину за собой, и та зачем-то пошла.
Через час действительно стало лучше. Работа в кафе имелась всегда: убрать посуду со столов, аккуратно объяснить заигравшемуся ребенку, что не стоит тормошить спящего котика, почистить лоток… Чтобы никого не смущать, Полина надела тканевую маску, и на нее обращали внимания не больше, чем на всех остальных.
Полина вытирала стол и пшикала на него дезинфицирующим средством, которое предназначалось для помещений с животными, когда хлопнула дверь предбанника у центрального входа и раздался восторженный вопль Сашки:
– Даня! Ты ее нашел!!!
Полина сорвалась с места. Маковецкий, улыбаясь, протянул ей переноску, в которой сидела целая и невредимая Искра. Полина едва не выломала дверцу, чтобы добраться до кошки, вытащила ее наружу и прижала к себе так крепко, что Искорка возмущенно мявкнула.
– Боже, Даниил, спасибо! Где она была?!
Улыбаться он перестал.
– У одного твоего трепетного поклонника. Вчера вошел с черного хода, подманил кошку и забрал. На камерах его не видно, он накинул капюшон и почти все время держался в слепой зоне. Я только на нескольких кадрах увидел тень, которую мы вначале проглядели. Пошел по улице, посмотрел, где внешние камеры, уговорил охрану супермаркета показать мне запись… А парень этот машину на их стоянке припарковал, и было видно, как он сажает кошку в переноску. Дальше я воспользовался старыми связями, есть у меня один знакомый в полиции… Пробили номера, выяснили адрес. Я поехал и забрал Искру.
– Надо заявление написать! – возмутился Димон.
– И немедленно! – поддержала его Карина.
– Почему он украл кошку? – спросила Полина у Даниила. – Зачем она ему?
Тот отвел взгляд и поморщился.
– Говорит, хотел привлечь твое внимание, потому что давно виртуально в тебя влюблен. Там такой прыщавый юнец, Полин… Ни разу в жизни тебя не видел, воспитан сериалами и дрянными книжками жанра фэнтези, внятно изъясняться не умеет. Твое дело, писать заявление или нет, однако я ему достаточно понятно объяснил, что так делать не стоит больше никогда.
– Если он обидел Искру, то идем в полицию.
– Кошке он ничего не сделал. Она у него дома на диване спала.
– Люди – идиоты, – подвела итог Саша. – Давайте все выдохнем и закажем тортик.
– Куда тебе тортик? – поддразнил ее Димон.
– В меня-то как раз есть куда! В меня много влезет!
– Спасибо, – сказала Полина и, не выпуская Искру, уткнулась лбом в Даниилову кожаную куртку.
– Пожалуйста.
– Надо позвонить Андрею, пусть отменяет общую тревогу, – Саша уже достала телефон. – А я пойду уберу объявления из пабликов. Фух, нашли, слава богам и тебе, братец!
Даниил стал героем дня, что его, кажется, немного смущало. Полина не спускала Искру с рук, и та, в конце концов, вывернулась, ушла в дальний угол к братьям-котикам и с ними заснула. Андрей порадовался, что все хорошо закончилось, попросил Полину сегодня провести эфир самостоятельно.
– Паша тоже не может, поэтому в студию не езжай, – посоветовал жених. – Выйди прямо из кафе, по старинке. У тебя сохранилась та картинка, что ты использовала до аватара?
– Да, где-то есть.
