Платье надето и сидит как надо, ноги втиснуты в белые с золотыми пряжками туфли на высоченном каблуке – теперь парикмахерша снимает бигуди. Получившиеся кудри закалывают посреди головы, а челку с помощью большого количества пены для укладки волос делают волнистой и зачесывают набок. Остается приколоть мятно-зеленую фату. В качестве последнего штриха на праздничную прическу наклеивают множество маленьких голубых звездочек с золотой каймой. Еще по три серебряные звездочки наклеивают Шакиле на каждую щеку. Теперь ее почти не отличить от болливудских звезд на стенах.
«О Боже, простыня, простыня! – внезапно вскрикивает Лейла. – О Боже!»
«О Боже!» – вырывается и у Сони, она смотрит на Шакилу, которая даже бровью не повела.
Лейла срывается со стула и выбегает на улицу. К счастью, до дома совсем близко. Подумать только, она чуть не забыла самое главное – простыню!..
Прочие, не обращая внимания на панику Лейлы, остаются на своих местах. Но вот все звездочки на волосы и щеки наклеены, пора надевать паранджу. Шакила изо всех сил старается не испортить свадебную прическу. Она не натягивает паранджу на голову, как обычно, а оставляет ее висеть на волосах. А значит, и нитяная вуаль остается болтаться где-то на затылке, а не на глазах, как полагается. Соня и кузина вынуждены вести ее по лестнице, как слепую. Шакила готова скорее упасть, чем показаться на улице без паранджи.
Она снимает ее со слегка, надо сказать, примятых кудрей только во дворе дома Мариам, где играют свадьбу. Завидев невесту, гости бросаются к ней. Вакила еще нет. Во дворе уже полным-полно народу, вовсю угощающегося пловом, кебабом и котлетами. На свадьбу пригласили несколько сотен родственников. С самого рассвета повар с сыном что-то рубят, нарезают, варят и взбалтывают. К свадебному обеду закупили: сто пятьдесят килограммов риса, пятьдесят шесть килограммов баранины, четырнадцать килограммов телятины, сорок два килограмма картофеля, тридцать килограммов лука, пятьдесят килограммов шпината, тридцать пять килограммов моркови, один килограмм чеснока, восемь килограммов изюма, два килограмма орехов, тридцать два литра растительного масла, четырнадцать килограммов сахара, два килограмма муки, два десятка яиц, разные пряности, два килограмма зеленого чая, два килограмма черного чая, четырнадцать килограммов леденцов и три килограмма карамели.
Поев, два десятка мужчин исчезают в соседнем доме, где находится Вакил. Настал момент для последних переговоров. Обсуждаются финансовые детали и гарантии на будущее. Вакил должен поручиться, что, если разведется с Шакилой без повода, выплатит ей определенную сумму денег в качестве компенсации и обеспечит ее жильем, одеждой и едой. Интересы Шакилы защищает ее старший брат Султан. Контракт подписывают мужчины из обеих семей.
После того как все формальности улажены, мужчины выходят на улицу. Шакила с сестрами следят за происходящим из-за занавесок в доме Мариам. Пока мужчины ведут переговоры, Шакила переодевается в белое платье и закрывает лицо фатой из советского тюля. Теперь она ждет, когда Вакила введут к ней и они уже вместе выйдут к гостям. Он входит почти смущенно, они здороваются, опустив глаза, как предписывает обычай, и выходят из дома рука об руку, не глядя друг на друга. Если верить примете, тот из молодых, кому удастся выставить ногу вперед, когда они остановятся, и будет верховодить в семье. Побеждает Вакил, или Шакила дает ему победить, как от нее и ожидают. Какой смысл добиваться власти, на которую она все равно не имеет права?
Для молодых во дворе поставлено два стула. Важно, чтобы они сели одновременно, потому что, если первым сядет жених, невеста будет руководить им во всех решениях. Поскольку никто садиться не хочет, Султан в конце концов заходит сзади и медленно прижимает их к стульям, так что они одновременно касаются сидений. Все аплодируют.
Старшая сестра Шакилы Феруза накрывает молодых одеялом и держит перед ними зеркало, куда они должны посмотреться. Это первый раз, когда обычай дозволяет их взглядам встретиться. Вакил и Шакила неподвижно уставились в зеркало, как будто и впрямь видят друг друга в первый раз. Феруза поднимает у них над головой Коран, в то время как мулла произносит свое благословение. Молодые сидят опустив голову и внимают Божьему слову.
Потом перед ними ставят блюдо с пирогом из сладких крошек и сахара, посыпанным корицей. Все хлопают, пока они кормят друг друга с ложечки. Чтобы показать, что супруги желают друг другу долгой жизни, они должны также поить друг друга.
Но не всех охватывает умиление при виде молодых, захлебывающихся фантой.
– Когда-то во время этой церемонии люди поднимали бокалы с шампанским, – шепчет одна из тетушек, которая еще помнит более либеральную эпоху. Тогда на свадьбах пили и вино, и шампанское. – Да, те времена уже никогда не вернутся, – вздыхает она. Времена, когда можно было носить нейлоновые чулки, западные платья с короткими рукавами, – а главное, не надо было прятаться под паранджой, – уже почти стерлись из памяти.